Наследники Зингера

Но кабинет иглотерапии чаще всего пустовал, несмотря на вывешенную в коридоре схему укалываемых точек, иллюстрирующую излечение от всех существующих болезней.

На такой небольшой городок приходилось аж две гостиницы. Одна с поэтической надписью «Горная лаванда», которую обвивал лиловый цветок в окружении двух звёзд. Это было бывшее общежитие «Гравийно-щебёночного комбината имени тов. Мамая», приспособленное под нужды случайно заброшенных сюда судьбой и ищущих временное пристанище.

Другая гостиница с интригующим названием «Хотел» была более экзотической.

Она пользовалась особым спросом у прибывших на курсы молодого механика, поскольку стоимость номеров была невелика. Все три номера двухместные. В люксах не было надобности – именитые гости здесь не останавливались.

Мебель в номерах была традиционной для беззвёздной гостиницы – шкаф с облезлой фанеровкой, скрипучая дверь которого не закрывалась. Внутри выгнутая вручную из проволоки пара вешалок. Две кровати и тумбочки. На их торцах белой масляной краской директором гостиницы, явно не обладающим каллиграфическим почерком, было крупно выведено: «Инв.

№ 1», «Инв. № 2». На входной двери – пожелтевший от времени листок с перечнем не подлежащего уносу имущества: «Кроват – два. Тумбачка – два. Шкаф – адын».

Рядом с «Хотелем» находился небольшой магазинчик, в котором проживал хозяин. Даже ночью, разбудив его, здесь всегда можно было купить хачапури и напой лимонного цвета, изготовленный по собственному рецепту. Ну очень крепкий!

Были в городке и другие учреждения – производственные, торговые, культурно-бытовые, то есть, весь набор, необходимый для нормальной жизнедеятельности.

Свой городок жители называли Хуло, хотя это была только первая часть труднопроизносимого названия. К этому все привыкли.

Несмотря на размеренный ритм жизни в городке, в нем, как и везде, кипели страсти.

Но жили все дружно.

Визит миссионера

В городок вела ухабистая дорога.

Да и дорогой её трудно было назвать, поскольку она не имела хотя бы каких-либо внешних очертаний.

Как удав, проглотивший кролика, она то сужалась, то расширялась, в зависимости от местонахождения жертвы.

Проезжавшие по ней автомобили, подобно рысакам, преодолевающим препятствия, постоянно подпрыгивали, зависая в воздухе.

Самое удивительное, что по ней умудрялись ездить даже ночью.

Первым сооружением, встречающим автоводителей при въезде в город, было «Шиномонтаж, памятники, пирожки».