Шесть часов утра

Основная претензия чиновников: как вы могли такого важного пациента ОТДАТЬ какому-то Брюсселю? С нашим уровнем медицины мы должны были САМИ его спасти. Опозорили страну. Должно быть стыдно, товарищи доктора!

Николаю стыдно не было. Присутствовала уверенность, что врачи городского посёлка Брюссель в грязь лицом не ударят и пациента спасут. Ну или не спасут. Но тогда его смерть не испортит статистики отечественной больницы. А статистика в нашем деле – это самое главное.

Познание истины

Летом 2019 года, когда границы ещё были открыты, а термин «коронавирус» был известен только специалистам-эпидемиологам и студентам медицинских вузов, в отделение моего коллеги, врача-нарколога одной из столичных клиник, попал интересный пациент.

В принципе, образ наркомана – опустившегося человека с безумным взглядом и в рваной одежде – уже давно ушёл в кинематограф и в жизни попадается не так уж часто. Наркоманы стали прилично выглядеть. Среди них много успешных, богатых бизнесменов, «золотой» молодёжи, всевозможных «творческих» людей.

Поэтому новый пациент клиники никого не удивил. Бизнесмен, владелец заводов-пароходов, хорошая машина, золотые часы известной марки. Синдром отмены, говоря языком улиц – «ломка». «Ломка» в лёгкой форме, пока ещё ничего критичного, но пациент категорически отрицает употребление. Мол, никогда не курил, не колол, вообще к этой гадости не притрагивался.

Впрочем, и это врачей не удивило. Каждый второй попадающий в их отделение наркоман с дорожками на венах – агнец божий, попробовавший в первый раз. Особенно, если где-то недалеко находятся строгие дяди в серой форме.

Бизнесмена пролечили, оказали фармацевтическую и психологическую помощь. В процессе этой самой психологической помощи пациент с врачом подружился, приобрел привычку захаживать к нему на кофе и принялся хвастаться.

– Я, – рассказывал он, развалившись на диване в ординаторской.

– Угу, – кивнул врач, прикидывая, где бы ему взять такую кучу денег, чтоб стало скучно.

– И кризис на меня навалился. Депрессия. Ничего не помогало.

– Поэтому и принимать начал?

– Ну я же тебе говорил, – поморщился пациент. – Не прикасался я к этой дряни. Просто по-мужицки запил! Бухал дня три, а потом понял, что не моё это. Чуть не помер.