Мальчик из контейнера

– Почему так рано?

Сашка потерял надежду увидеть в друге разумного политика, потому без всяких возмущений и претензий, как знал и умел, стал объяснять.

– Понимаешь, революция – дело тонкое. Ее замышляют романтики, осуществляют доверчивые и наивные массы, а плодами пользуются проходимцы…

– Так что, одних проходимцев сменяют другие?

Сашка на миг задумался, долго смотрел на Колю и согласно кивнул:

– Почти так.

– Тогда…

– Почти так. Но… понимаешь, пока проходимцы захватят власть в свои руки, массы, верящие в идею революции, придуманную романтиками, успеют что-то сделать.

Хорошее или плохое, потом прояснится, но оно будет сделано! Вот так! – Сашка, довольный своими объяснениями сути революции, взглядом победителя посмотрел на друга.

– Зачем они отдают власть проходимцам? – Коля смотрел на Сашку наивными глазами, но с какой-то подковыркой, вроде, такое простое дело, а догадаться люди не могут.

– Власть не отдают, ее завоевывают! – выдал Сашка афоризм на тему власти.

– Если наивные, как ты говоришь, массы сумели раз победить, то почему не могут побеждать всегда?

– Я же тебе сказал, что они наивные и доверчивые.

Им скажут, что надо сделать так, и тогда будет всем хорошо. Ура! – кричат массы и бегут, куда им показали проходимцы, и делают то, что они им сказали. Понял?

– Понял. Только…

– Что только?

– Неужели из массы никто не видит, как их обманывают проходимцы?

– Видят, конечно. Кричат, ножками топают, хотят образумить массы, а те им уже не верят, они верят проходимцам, потому что те на вранье и обмане собаку съели.

– Из теперешних, кто собаку съел?

– Чтобы распознать таких, надо, друже, учиться, учиться и еще раз учиться! Кто это сказал? Правильно, дедушка Ленин с курчавой головой.

Коля, против обыкновения, долго не мог уснуть, лезли разные мысли, и не все они подчинялись хоть какому-то закону, объяснить их тоже не было достаточно знаний и ума.

– Учиться, учиться и еще раз учиться, – прошептал он, улыбнулся, сладко зевнул и уснул.

Начальник училища приказал на тему борьбы за власть в Москве не заводить разговоры, на вопросы курсантов тоже не отвечать.

Умело уходить от ответа в этой щекотливой теме.

– Нам самим ничего не понятно, можно и опростоволоситься с ответом. Молодежь сейчас такая ушлая, того и гляди, чтобы не подловила на слове, – наставлял он приглашенных в Дом офицеров начальников. – Мы были курсантами и, кроме полетов, нас мало что интересовало. Девушки и те были не на первом месте.