По секрету всему свету

 – Так что, не желаете прогуляться?

– Сегодня не желаем, завтра в это же время на этом месте, – ответила уверенно я.

– Так, а сколько сейчас на наших соломенных? – Андрей отодвинул манжет спортивной кофты и взглянул на наручные блестящие часы, которые казались для его руки, не совсем сформировавшейся, громоздкими и тяжелыми. – Сейчас три часа дня. Встретимся завтра в это же время, – точно военный, отрапортовал он.

Олеся забежала в ограду.

– Пока! – крикнула я и зашла следом за подругой.

– До завтра, – произнес Андрей.

За высоким и сплошным забором из дерева я, наконец, выдохнула. Общение с мальчишками меня почему-то напрягло, и мне захотелось скорее где-нибудь укрыться. А за забором не было видно улицы.

И теперь я думала: «Стоит ли завтра идти с ними гулять. Андрей был чуть-чуть ниже меня, мне так показалось, а Женя и вовсе малыш. Разве это парни. Пожалуй, их предложение мы проигнорируем».

– Сейчас я быстро прополю грядку, и мы попьем чаю, – сказала Олеся, как взрослая.

– Тогда я тебе помогу.

Небольшую грядку с морковкой мы быстро освободили от сорняков и пошли пить чай в летнюю кухню, построенную совсем недавно. Там было чисто, уютно, и вся посуда была перенесена из дома тоже недавно.

– Когда это вы успели сюда перебраться? – поинтересовалась я.

– Вчера вечером, папка тут кое-что доделал, и мы все перенесли.

– Здесь здорово! – восхитилась я. – Кругом зелень, как в раю.

– Мне тоже здесь нравиться, – улыбнулась подруга.

Она взяла чайник с горячей печки, которая уже не топилась, но держала жар и разлила кипяток в фарфоровые кружки.

Потом налила из чайничка заварку. Все это она делала очень ловко и быстро. А я наблюдала за ней и думала: «А ведь я старше Олеси, но не такая хозяйственная, как она и не гостеприимная…» Затем она поставила на стол жареные шанежки и банку сгущенки. Мне, конечно, стало как-то неловко, я сыпанула в чай три ложки сахару, быстро размешала и стала его пить.

– А шанежки ешь, они очень вкусные, – проговорила Олеся, с набитым ртом.

– Хорошо, – я тоже взяла стряпню, но не стала ее обмакивать в сгущенное молоко.

Ела Олеся очень много, шумно причмокивала, облизывала с пальцев сгущенку, потом опять макала стряпню в сгущенное молоко, и оно текло по пальцам, она его снова слизывала с наслаждением. Все это меня очень забавляло.

Когда она наконец-то наелась, то откинулась на спинку стула и погладила свой животик.

– Фу, наелась, очень вкусно! – выдохнула она.