До-мажор. Повесть-матрёшка

Это вам не на кухне, где взгляд постоянно упирается в поварское имущество – в кастрюли, разделочные доски, половники, а на стенах утилитарно, как в прозекторской сверкает керамическая плитка. Поэтому я старалась соответствовать: не чавкать, не хлюпать и не греметь чайной ложкой.

Как и положено истинному интеллигенту, Луиза Генриховна меньше всего говорила о себе, а всё больше о визави. За полчаса беседы она умудрилась вытянуть из меня такие сведения, какие я считала для себя навсегда потерянными. К своему удивлению я вспомнила фамилию, имя и отчество моей школьной учительницы французского, затем всплыло, как по-французски будет «пить чай» (prendre du the) и, что жена Наполеона Жозефина, была старше мужа на шесть лет.

В отместку Луиза Генриховна поведала мне достаточно фривольную байку об аберрациях обоняния знаменитого императора. Оказывается Наполеон обожал запах женского пота. И возвращаясь после отлучки к своей Жозефине, он слал гонца с запиской: – Не мойся. Буду через три дня.

Затем хозяйку понесло рассуждать на тему бездуховности современного общества, в частности молодёжи.

– Ничего особо плохого я сказать про него не могу. Не пьёт и в употреблении наркотиков замечен не был. Работает у отца. – она с презрительным недоумением пожевала губами и с усилием добавила: – Какой-то риэлторский бизнес… хотя окончил филологический. – она сотворила на лице страдание и, взяв мою правую руку в свои морщинистые сухие ладошки, интимно сказала: – Книг не читает… вообще! Стихов не знает! А как изъясняется? Сплошные «это», «короче», «ну», «значит»… и ещё самое мерзкое – «по ходу».

В замке входной двери заскрежетал ключ. Хлопнула дверь.

– О, явился… лёгок на помине. – заметила Луиза Генриховна и отпустила мою руку. – Сейчас я тебя с ним познакомлю. Только в обморок не падай.

Тут же из кухни донёсся свирепый мужской вопль: – Ба-а-а!.. Ты, по ходу, опять на рынок ходила? Я же весь день за рулём. Привёз бы тебе и картошку, и лук, и твои эти, как их… чёрт, не выговоришь… корнишоны-мармишоны, пикули-дрикули… – Луиза Генриховна завела под лоб глаза, потрясла головой и в бессилии развела руки в стороны. Вот, мол, пожалуйста… что и требовалось доказать!

– Здрасти!.. – прозвучало за моей спиной. Я обернулась и замерла.