Цветущее сердце Шахерезады. Книга девятая

Наргиза умилённо взглянула на Сарнай и потрепала её левой рукой по щеке.

– Если ты так хочешь, то я с радостью тебя этому научу, – ответила она. – Так неожиданно, что ты меня об этом попросила. Моя дочь никогда меня об этом не просит.

– Зачем мне этому учиться, если я буду адвокатом? – усмехнулась Гузалия.

– А разве адвокатам не нужно есть? – ласково обратилась к ней Наргиза. – Тебе всё равно не мешало бы учиться вести хозяйство.

– Зачем? – резко среагировала Гузалия. – Если я только начну учиться готовить, убирать и стирать, то меня тут же выдадут замуж.

– А у Гузалии уже есть жених, – встрял в разговор Насим. – Он живёт в Каире. Папа уже привозил его к нам в дом. Когда Гузалии исполнится восемнадцать, её сразу же выдадут замуж.

– Ещё чего? – вспыхнула Гузалия. – Никто от меня этого не дождётся.

– А тебя и спрашивать не будут, – Насим скривил ей гримасу.

– А ты вообще бы лучше помолчал, – раздражительно сказала Гузалия.

Было понятно, что Гузалия терпеть не может разговоры о замужестве. Одна только эта мысль выводила её из себя.

– Вы бы хоть при гостях не ссорились, – обратилась к детям Наргиза.

Гузалия и Насим перекинулись косыми взглядами и умолкли. Сарнай решила воспользоваться паузой. Она повернулась к Наргизе и спросила:

– А это правда, что вы знаете много сказок про пустыню? Гузалия сказала, что вы тоже родились в пустыне.

– Да, мама, расскажи Сарнай те сказки, которые ты мне рассказывала, – оживилась Гузалия.

– Я тоже хочу послушать! – выкрикнул Насим.

– Если будешь себя хорошо вести, то мы возьмём тебя с собой на чердак, – сказала Гузалия.

Насим сразу же стал смирным.

– Я буду себя хорошо вести, – клятвенно пообещал он.

Наргиза заговорщически взглянула на Сарнай.

– Хочешь послушать сказку? – загадочно спросила она.

Сарнай утвердительно кивнула.

Гузалия, как на пружинке, вскочила с места и подбежала к большому музыкальному центру. После того как она пробежала пальцами по плоским кнопочкам, устройство загорелось ярко-зелёным свечением, и тут как будто по волшебству в комнату влилась ритмичная восточная музыка. Наргиза сняла с головы платок, и по её плечам рассыпались чёрные, как ночь, локоны.