Блэк Виллидж

Я увидел, что они понемногу собирают бумаги и начинают отодвигать их в сторону толстяка, наверняка для того, чтобы тот вернул их мне или сжег. Они размышляли.

– Предлагаю назначить испытательный срок, чтобы у него было время либо выдать себя, либо себя проявить, – предложил врач, который диагностировал, что я больше не дышу.

– Срок в таком случае весомый, – добавила Медея Крунц.

– Согласен, – кивнул первый офицер, который, похоже, обладал полномочиями для принятия решений.

Они выдержали короткую паузу. Теперь мое досье находилось перед толстяком. Он начал стягивать его широкой резинкой.

– А как там его зовут? – спросил первый офицер, обращаясь ко всем вокруг, но не ко мне.

– Корконуфф как-то там, – вздохнул кто-то из врачей. – Имя – язык сломаешь.

– Ну так надо для простоты дать ему другое, – предложил второй офицер.

Первый офицер повернулся к Медее Крунц.

– Если дать ему другое имя, не выведет ли это его из равновесия? – спросил он.

Эксперт по оккультным наукам о человеке и недочеловеке надула губы.

– В принципе, да, это может его встряхнуть, – сказала она. – Но на той стадии, в которой он находится, это уже не имеет большого значения.

– Отлично, – прокомментировал один из врачей.

– Понятно, Чуф? – спросил председательствующий, офицер, который восседал прямо передо мной.

У меня ушло несколько секунд на то, чтобы понять, что он обращается ко мне. Вот, стало быть, какое нелепое имя они решили мне присвоить. Это прозвание было мне глубоко не по нраву, но, в первый раз с начала моих слушаний, я почувствовал, что в моей персональной судьбе сделан важный шаг. Я вновь попытался отдать честь и потерял равновесие. В последний момент все же выровнялся.

– Он понял, – решил офицер.

– Встреча через полвека, – сухо подытожила Медея Крунц.

Председательствующий повернулся к толстяку.

– Можете его увести, – приказал он.

– Отвести куда? – спросил толстяк.

Врачи одновременно пожали плечами. Я увидел, как толстяк берет мое досье и опирается на стол, потом услышал, как он отодвигает стул. Он встал.

Меня слепил свет. Толстяк приближался. Я по-прежнему не знал, намерен ли он порубить меня на куски на поживу грифам или собирается

4.