Волчье счастье

Старик узнал, кого напоминает,

Но промолчал… Теперь поднять наверх!

В себе храним всегда мы много тайн.

Сто килограммов весит этот зверь!

И вот, уже сидит Ублюдок в клетке,

Разгрызть, пытаясь там из стали прут.

Он с длинной шерстью, тёмною расцветки,

Какие беды дальше его ждут?

VI.

Слюна на пол стекает вместе с пеной,

И яростью горят его глаза.

Он страшный призрак огненной геенны,

Бросает в дрожь. Опасная гроза!

Лишь за полночь закончились все гости.

Ублюдок, возвышался в темноте,

Глаза сверкали, отражая звёзды,

Он был готов погибнуть на шесте.

Наутро, все собрались возле клетки,

Смотрели, на Ублюдка стар и млад.

Ругался кто-то, кто-то нёс объедки,

Старушки отправляли его в ад.

И оборотнем часто называли,

Просили лесника: "Его убей»!

Стальные зубы видели в оскале,

Другие восторгались, кто смелей.

В конце концов, поставлен ультиматум,

За месяц, должен зверя приручить.

Считая, что он выходец из ада,

И всё равно потом его убить.

Прошло три дня, и поутихли страсти,

Перловой каши наварил старик.

Он верил, что закончатся напасти,

И рано вешать на него ярлык.

Добавил колбасы, как раньше Альфе,

Он к клетке подошёл тогда с едой.

Напрягся волк, но вёл себя нейтрально,

Рычание раздалось – полу вой.

Он говорил – спокойный ровный голос:

" Давай дружить, нам дали месяц срок,

Ты предок волка и врага монгола,

Борись за жизнь.

– Ты молодой и жизни в тебе много…

Подсунул миску в клетку он, с едой.

– Одна у нас судьба, одна дорога,

В тайге мы поохотимся с тобой…

Так постепенно приручил Ублюдка,

Водил на поводке, вёл разговор.

Ген Альфы побеждал все предрассудки,

Нарушив тот нависший приговор.

Ублюдок, выполнял его команды,

Лесник теперь, с ним вместе день и ночь.

Пришёл январь, в избушке бьют куранты,

Экзамен позади, тревоги прочь.

Вердикт один, он безопасен людям,

Старейшины хвалили лесника.

Теперь уже он больше не Ублюдок,

Он верная собака старика.

С тех пор он брал собаку на охоту,

Подумав, кличку дал ему – Монгол,

Он щурился, не в тяготу заботы,

Не бросит он Отца на произвол…

VII.

Идут года. В конце зимы – однажды,

Тревожит волчья стая весь район.

С тревогой смотрит в той деревне каждый,

Нужна облава, выставить заслон.