Поймать тишину

И вот что я там увидел…

…По свежевыстланному одеялу зимы от двора к двору, оставляя крохотную цепочку следов, ходила женщина с толстой, набитой газетами сумкой. Останавливаясь у почтовых ящиков, она клала в них аккуратно свёрнутую прессу и спешила дальше. Почтальонша была среднего роста, крепкого телосложения. Одета во всё белое! Словно сама зима, спустившись с небес, захотела оповестить каждого о своём приходе.

Я ещё не мог разглядеть её лица, но уже почему-то подумал о том, что оно непременно должно быть красивым и, конечно же, молодым.

Движения её были плавны, но чётки и собранны. Ничего лишнего. Достала, положила, дальше. Вот остановилась возле двора Суконниковых. Для чего-то взмахнула рукой. А вон и Петя. Вышел. Болтают у калитки. Она что-то пишет, а он показывает в сторону моего дома. Расстались. Кажется, идёт сюда. Зима, я уже знаю, что ты пришла.

Скрипнула покосившаяся калитка одинокого двора, и почтальонша в белом пуховике проследовала мимо окон. Открылась дверь в сенях, а затем в комнате.

Увидев, что я лежу в постели, она несколько смутилась. Румянцем вспыхнули пухленькие нежные щёки!

– Э-э-э… вас, кажется, Пал Палычем зовут?

Я молчал. Оказывается, ещё жив. Она напомнила мне об этом исходившими от неё энергией и задором. Есть же ещё девушки в русских селеньях! Наконец я улыбнулся, кивнул и сказал:

– Да.

– Будем что-нибудь выписывать? – продолжила почтальонша деловым тоном.

Наша встреча и разговор – всё происходило так неожиданно и быстро, что я не совсем отдавал отчёт своим действиям. Вместо того чтобы предложить ей присесть или хотя бы мгновение подумать, прежде чем что-то сказать, вдруг ляпнул:

– «Спид-Инфо».

Она смутилась ещё больше прежнего, но, стараясь это скрыть, состроила совершенно серьезную физиономию и как можно спокойнее ответила:

– Хорошо.

– Конечно, пишите… э-э-э…

– Зоя. – Она произнесла своё имя между делом, доставая бланки и ручку.

– Пишите, Зоя.

Пока почтальонша оформляла подписку, я окончательно пришёл в себя и мысленно анализировал свой глупый поступок. Слово не воробей – вылетит не поймаешь! Наконец Зоя закончила писать.

– Пал Палыч, может, встанете распишитесь? И с вас пятьсот шестьдесят рублей сорок семь копеек.