Приключения Шерлока-Эркюля Третьего, знаменитого пса-детектива

– Подсказку первую ты понял, вижу я.

Преступник – ядовитая змея.

Красива, но холодная как лёд.

Боялась, что утратит свой доход.

Так, а это уже ближе к теме. Значит, дяденьки отпадают. Я снова отправился на обход территории, принюхиваясь главным образом к дамам. Ну и тяжёлая это работёнка, скажу я вам. Среди этих истерящих, орущих или сидящих истуканами особ определить преступницу ой как непросто! Я дважды все просмотрел и, казалось, напал-таки на след, но не был уверен.

На всякий случай решил сбегать за очередной подсказкой.

Сюзанна Эдуардовна ждала меня.

– Ты молодец, мой маленький дружок,

И заслужил с колбаской пирожок.

Последнюю подсказку дам тебе:

Шрам мелкий на накрашенной губе.

И подмигнула мне. Бинго! Это уже что-то. Так, постойте. Так это же та высокая брюнетка с ярко-накрашенными губами, которой читал сонеты мой недотёпа-хозяин. И, главное, где он сам?

Я не на шутку обеспокоился и отправился искать Алексея.

– Боже, какой ужас! Я в панике! О, не отпускай меня, я так боюсь!

Если бы я мог, я бы поаплодировал. Вместо этого я подошёл поближе и сказал:

– Вуф.

Брюнетка завизжала, а Хозяин от удивления подпрыгнул на месте, выпуская её из своих объятий.

– Фу, Шерлок, напугал! Спятил, что ли, от здешней суматохи? Знаешь же, что нельзя лаять.

«А мне пофигу», – подумал я и снова сказал:

– Вуф, вуф.

И боднул брюнетку лбом. Я чувствовал, как в её душе поднимается чёрная злоба. Нет, ну настоящая змея. Фальшиво улыбаясь, она протянула ко мне руку, унизанную перстнями:

– Хорошая собачка. Не надо на меня лаять!

Я ухмыльнулся. Ага, как бы не так!

– Вуф, вуф, вуф.

– Алексей, – губы брюнетки сжались в тонкую линию.

– Твой тупой пёс меня не любит!

Нет, ну снова здрасьте! Почему каждый раз они оскорбляют мой интеллект?!

– Он не тупой, – машинально повторил Алексей.

Ну, наконец-то.

– Слушай, а не ты ли случаем убила Полину? – со смешком проговорил мой Хозяин.

Что тут началось! Честно, даже я испугался.

– Ах, ты гад недоделанный! – заорала Брюнетка, выхватывая из-за пазухи тонкий стилет, весь заляпанный тёмными бурыми пятнами. Её лицо исказила такая страшная ненависть, что мы оба попятились. «Да она чокнутая!», – только и подумал я.