Моя армейская жизнь

Каждый день я популярно объяснял прапорщику суть моих манипуляций с гаечным ключом.

Странное, думаю, у него создалось впечатление о работе токарного станка и его ремонте.

Но всему приходит конец.

С очередных соревнований явился лейтенант и поинтересовался как движутся дела с ремонтом.

– Починил, – небрежно сообщил я, как о пустяке.

– Что? – изумился лейтенант. – Покажи!

– Сейчас. Алик подтянет провод.

– Он расправляет провод, чтобы его выпрямить, – вставил свое слово прапорщик.

– Вижу.

– В сети ток переменный, а для питания станка нужен постоянный. Вот он его и выпрямляет – по кривому проводу прямой ток не пойдет, – пояснил Тищенко.

– Кто это сказал?

– Рядовой Семенов!

Лейтенант последовательно посмотрел на меня, на Утеева, на прапорщика Тищенко. И отвернулся.

Плечи его затряслись.

– И что скажешь? – повернулся он ко мне.

– Товарищ прапорщик совершенно прав! – невозмутимо ответил я. – Алик, давай конец!

Я вставил провод в нужное место.

У меня не хватит слов описать, что я увидел на лицах моих боевых товарищей. И я не стал делиться с ними моим открытием на маленькой, замазанной краской железной табличке было впечатано 380В, тогда как в обычной сети, как известно, напряжение составляет ровно двести двадцать.

Боевое крещение.

Человек в военной форме – это еще не солдат и не боец. Это так – актеришка, ряженный.

Мужчина становиться воином, только ощутив в руках тяжесть настоящего боевого оружия, выстрелив из него, почувствовав кисловатый запах сгоревшего пороха и разглядев вдалеке падающего вверх тормашками врага.

Лишь после этого он может принять присягу и из обыкновенного носителя брюк превратится в настоящего бойца.

Так рассуждал наш лейтенант, прохаживаясь вдоль строя в огневом городке, куда нас привели для первой для меня стрельбы.

– Чтобы стрелять, надо еще и понимать, что делаешь. А для этого надо знать устройство автомата.

– Так точно! – подтвердил я, довольный, что мое мнение совпадает с мнением командира.

– Может ты уже все знаешь? – вкрадчиво осведомился лейтенант.

– Может быть. Хотя и не очевидно.

– Тогда ответь: что это? – спросил он, указывая на дуло автомата.

– Штучка! – бойко отрапортовал я.

– О-о!.. – застонал лейтенант. – Это называется… – Он обвел строй испытующим взглядом. – …Это называется – целик!

– Вот оно где! – дружно восхитились все.