Вера и рыцарь ее сердца. Роман в 6 книгах. Том 3

Приход Риммы в церковь напомнил женщине её детство, тихие молитвы мамы и угрозы одинокой соседки о страшном суде для грешников. Тогда-то в молодости никого из её сверстников не пугал ад, а в рай они и сами не хотели. Теперь постаревшей женщине очень хотелось быть уверенной в том, что её изнурённая работой мама не истлела в гробу на степном кладбище, а живёт сейчас вместе с папой в раю, на небесах. Жаль, что батюшка о загробной жизни говорил вскользь, а вопросы задать было некому, поэтому Римма исправно ходила на воскресные службы и писала записки за здравие и за упокой своих родных.

Ходила Римма в православную церковь как на работу. Тяжело было стоять всю службу на ногах, но она стояла. Все ставили зажжённые свечи на подсвечник, и Римма ставила, все крестились, и она крестилась, все целовали иконы, и она целовала, как было положено прихожанам. Как все, женщина причащалась, только исповедоваться у неё не получалось искренне, зато на душе становилось спокойнее от молитвы священника, от песнопения церковного хора, правда, слова молитв разбирала она плохо.

Однажды Римма встретилась с женой дальнего родственника, сосланного в Казахстан из Украины, и пожаловалась, что молится она за детей, но всё понапрасну. Тут-то всё и прояснилось. Оказалось, что Римме, как польке, надлежало было посещать не православную церковь, а костёл. Своим первым приходом в костёл Римма была довольна. Молодой ксендз в первый её приход уделил ей гораздо больше внимания, чем батюшка в православной церкви, который её присутствия на службе даже не замечал.

Чтобы лучше познакомиться с Риммой, ксендз пришёл к ней в гости и на глазах удивлённого Володи окропил всю квартиру Шевченко святой водой, а примерно через год Римма узнала, что Бог не отвечает на её молитвы, потому что они с Володей не были венчаны! Женщина вдруг испугалась за свою супружескую жизнь без венчания также сильно, как человек, проклятый цыганкой.

– Римма, я крещён в православной традиции, и менять это крещение на любое другое не намерен.

После этих слов его спокойная жизнь закончилась. За завтраком он выслушивал угрозы жены, за обедом – её агитационные лозунги, а после ужина Римма сдавалась и снисходила до подхалимства.