Восточный роман

– Нет, давай ты вперед, – бросил Чжаён, отодвигаясь к стенке и утягивая меня за собой.

Кумо пожал плечами и танцующей походкой прошел мимо. Наверное, изяществу способствовали восемь ног. На пороге он обернулся и позвал уже с сильным акцентом:

– Ира! Я скоро вернусь.

Предмет спора вынырнул из подсобки и радостно кивнул. Здесь понимать было нечего, только что язык от счастья не высунула.

Дождь на улице прекратился совсем. Кумо похлопал по карманам костюма, выудил сигареты и зажигалку. Видимо, начинался новый период некурения, потому что от вида пачки в тонких длинных пальцах меня даже передернуло.

– Что скажешь, судья? – спросил он, оборачиваясь ко мне.

– Я пока могу только спросить, – ответила я и наконец отцепилась от Чжаёна.

Понятно, в общем и целом, почему кумо подумал что-то не то.

– Мне нужна информация. Все, что ты можешь сказать по поводу. И давай без глупостей, я тебя очень прошу.

Он досадливо поморщился:

– Судья, извини, что я на тебя накинулся, виноват, но хватит меня уже величать “кумо”.

– Идет, Санзо, – сказала я со странным чувством. – Я Нина, и я решу дело честно.

– Хотелось бы. – Он бросил тоскливый взгляд куда-то поверх моего плеча.

В окно заглянул, должно быть.

– Объясни, пожалуйста, что случилось.

– Объясняю. – Санзо затянулся. – Прихожу домой, а у Иры на плече иероглиф подчинения. Все, хватит?

Я не стала сдерживаться и закатила глаза. Вообще, получалось очень интересное кино: в роли судьи я была сама не своя, смелая и дерзкая, наглости вот тоже оказалось не занимать.

– Я слышала и Ямато, и Циньшаня. Можно мне что-нибудь, так сказать, личное?

– Личное? – сузил глаза он. – Ну вот, например, отошли куда-нибудь телохранителя, я тебя и личное скажу, и не личное…

– Да не телохранитель он, сколько можно. – Я начала раздражаться. – Сам не видишь, что хваран, или поиздеваться надо?

– Ого. Послушай, а ты ведь к нему ровно дышишь. Не пойму тогда, к кому неровно. К Ямато, что ли? Так и чувствую, как смущена твоя широкая русская душа.

Я толкнула Чжаёна в бок и пошла к машине:

– Придешь в чувство, позвони, найдешь контакт моей души через Ямато. А пока что…

– Да стой, судья, – Санзо отшвырнул сигарету. – Стой. Отпусти уважаемого хварана до машины, а сама погоди, я все расскажу.

Чжаён вопросительно на меня посмотрел, и я развела руками. Дверь хлопнула, я осталась с Санзо один на один. Улица почему-то пустовала.