Волк среди волков

Когда фрау Пагель, слегка запоздав и сильно упарившись, пришла из города, она бросила на письмо только беглый взгляд. «Ах, от кузины Бетти! – подумала она. – Сейчас я должна закусить. Я всегда успею узнать, чего от меня нужно старой сплетнице».

Только уже за столом она вспомнила про письмо и послала за ним Минну, которая, как всегда, стояла в дверях за ее спиной, в то время как прибор для Вольфганга, как всегда, стоял неиспользованный на другом конце стола.

– От фрау фон Анклам, – через плечо сказала она Минне, вскрывая конверт.

– Господи, не такое это срочное дело, барыня, чтоб у вас из-за него простывал обед.

Но по тишине, по всей позе барыни, по тому, как прямо она сидит и неподвижно смотрит на листок, Минна угадала, что письмо все-таки важное.

Минна долго ждала, не смея пошевельнуться. Потом кашлянула и, наконец, напомнила:

– Простынет обед, барыня!

– Что?! – почти закричала фрау Пагель, обвела комнату взглядом и остановила его на Минне, точно совсем и не знала ее.

– Ах, так… – очнулась она. – Только и всего… Минна, это мне пишет фрау фон Анклам… Наш молодой барин сегодня женится – только и всего!

И тут ее прорвало. Голова в седых волосах легла на край стола; спина, которую она усилием воли всегда умела выпрямить, вдруг сгорбилась – старая женщина плакала.

– Бог ты мой! – растерялась Минна. – Бог ты мой!

Она подошла ближе. Хоть она и не видела ничего особенно скверного в этой свадьбе, но все-таки ей была понятна обида барыни, боль, чувство покинутости.

– Это, может быть, неправда, барыня. Не все то правда, что рассказывает фрау фон Анклам.

– На этот раз правда, – шепчет фрау Пагель. – Кто-то видел извещение, когда его вывешивали, и сообщил Беттине. Сегодня, в половине первого.

Она подняла голову, поискала что-то глазами на стене. Потом опомнилась, и взгляд нашел часы, которые она искала, на руке.

– Уже половина второго! – огорчилась она. – А письмо так долго лежало в передней, я могла бы узнать вовремя…

Истинное страдание во всем находит пищу, даже в том, что противно здравому смыслу.

– Вот и незачем больше ставить ему прибор, Вольф ушел окончательно, Минна.