За рекою кукушка. Стихи

Он мне шептал, что есть миры иные,

Земных миров намного красивей,

Что если б крылья были молодые,

Покинул дом, как славный Одиссей.

Просил он крылья дать ему на время:

За триста лет свои он потрепал.

Дух говорил, что все мы лангольеры*,

Что бог премногим крылья оборвал…

Я возразить хотел, но зверю я подобно,

Рычал, как будто был немым теперь,

И дар небес – летать – ему не отдал,

И указал рукой ему на дверь…

Но древний Дух, меня он не покинул —

Он, сбросив крылья, мною утром стал,

И дал обет испить со мной судьбину,

Чтоб без него я звёзды не познал…

    лангольеры* – пожиратели времени

Сон.

Мой сон:

Я в месте незнакомом,

Разлилось небо по земле,

И тело битое ознобом,

В сырой застыло тишине;

И не живой я, и не мёртвый —

А на засечном рубеже,

Моя потерянная рота,

Лежит под пеплом на меже;

И воют дикие собаки

По павшим воинам в бою,

А мне… не вспомнить даже драки,

Как будто не был я в строю.

Но обретая пульс сознанья,

Я тяжесть чувствовал в руке

И братья павшие вставали,

И взвился стяг невдалеке;

И меч в руке моей ожившей

Холодным блеском очи жёг —

Вскричал я страх переступившим:

«Не я ли вас не уберёг?!

Не спите – мы ещё живые,

Ещё не время пепел есть,

Сожжём тела в кострах немые,

Кто пал героем в битве здесь!»

И в бой мы шли, и песню пели,

И пел свинец, несущий смерть.

Земля вздымалась и горела,

Но мы поклялись страх презреть.

И верил я – на бранном поле,

Врагам не стану зло прощать:

Когда на бой идут герои,

То нужно только побеждать!

…И я проснулся. Вожделенный

Струился в окна тёплый свет.

Мне мнилось: «Всё же во Вселенной,

Как на земле, рассветов нет,

Туманов нет, и зим, и вёсен,

И нет ночных ревущих гроз…

Но мы в церквях защиты просим,

А в войнах пьём со смертью злость…»

Покровитель свечи

И не ветер слушать хочу

И не сов, что кошек пугают —

Я Луну в окно не пущу,

Пусть свеча танцует нагая.

Наказав метелям, их стынь

Разбросать на скаты речные,

Намечтаю звёздную быль

И миры, невхожие ныне.

Приглашу на чай домовых

С околотка жжёного тленом,

Принесу дровец смоляных,

Кину в топку пару поленьев,

И наследный чайник «седой»

Напою студёной водицей,

Пусть гудит огонь озорной,

А плита ему станет жрицей.