На кофейной гуще

А с утра она проснулась на целый час раньше будильника, и отправилась в ванну, где заметила шкаф. Тот тоже заметил девушку и теперь деловито торчал белым боком с золотыми ручками, как бы намекая, чтобы его открыли.

Там прятался сюрприз от Василисы – целая гора баночек, тюбиков и прочих странных упаковок. На половине из них не было даже человеческой инструкции, а только иероглифы, впрочем, это видимо, было хорошо, о пользе корейской косметики Аня что-то где-то когда-то слышала.

Аккуратно она начала вытаскивать содержимое шкафа, некоторые названия забивала через поиск, и вскоре примерно начала понимать, что для чего нужно.

В результате весь выигранный час был потрачен, раньше она бы сказала впустую, но невольно начала поддаваться магии Василисы.

Та уже ждала ее внизу, как обычно постукивая ножкой. Но волноваться не стоило – на часах было ровно десять.

– Ты рановато, – улыбнулась Аня.

– И не говори, прикатила на целых пятнадцать минут раньше. Так скучно было, что я почти всех голубей в небе пересчитала.

– Поднялась бы.

– Нет уж, теперь это твой дом, а я могу быть максимум гостьей.

– Тогда приглашаю тебя, в любой раз, как приедешь рано. Меня не смутить.

– А если появится кавалер?

– О, это сразу перевернет весь статус кво с ног на голову, будем придумывать другие правила.

– Договор. Так, пойдем пить кофе. Тут два шага.

Василиса быстро проговорила это и тут же сорвалась с места. Глядя на нее, невольно можно было задуматься, стоило ли пить кофе такой торопливой даме, не станет ли это опасно для окружающих и не превратит ли парковку в филиал космодрома? Впрочем, как показала практика, к такому кофе стоило спешить.

Марк Анатольевич

Кофейня располагалась в маленьком здании, как-то втиснувшемся между новостроек. Постройка явно была старинная, но запущенная, впрочем, какой-никакой, а памятник архитектуры. Добравшись, они свернули у арки, толкнули тяжелую металлическую дверь, и, пройдя через узкий проход, завешанный разной одеждой на вешалках, установленных под потолком, оказались в просторном зале, залитом светом высоких, почти французских, окон.