Эпоха лишних смыслов

– А ты моя самая глупая и самая прекрасная Лив на свете. Посмотри на себя, дух захватывает! А Гамов твой – старый дед.

– Ладно, ладно, больше не буду ставить под сомнение наш титул самой красивой пары, знаю, что ты этого не выносишь.

Музыка на мгновение прекратилась – и мне снова пришлось вздрогнуть, следующей заиграла “Plug In Baby”.

– Помнишь концерт?

– О, великолепно. – Я покачала головой. – Кто-то весь Уэмбли от восторга переполошил.

– Но афтерпати, с ними тремя! Как тебе вообще удалось достать пригласительные?

Я, холодея, отстранилась от Лешки.

– Сам знаешь. Нечего эту тему поднимать в сотый раз.

– Но почему бы не поднять? – В голубых глазах блеснуло что-то невероятно хитрое, и я нахмурилась. – Беллами-то как к тебе клеился!

– И ничего не… – начала было я, но тут на плечо опустилась чья-то ладонь.

– Конечно, – с достоинством кивнул Лешка, и в следующее мгновение я оказалась в требовательных руках Гамова.

Сердце хрястнуло и утонуло.

– А вы правда та самая… модель? – Раздался около меня голос Риты, я скосила глаза и увидела, что Лешка подхватил ее.

– Правда, – низко отозвался он, и мы с Гамовым наконец унеслись дальше.

– Ты подумай. Целуешься с моделью, а его фотографии развешаны по всей Москве, Беллами приставал. – В голосе звучало не то осуждение, не то тщательно скрываемое изумление.

Чувствуя ритм, я посмотрела вниз и чуть не завалила все шоу. Бедра Гамова жили своей жизнью, и ничего сексуальнее видеть мне не доводилось.

– Бальные танцы? – только и сумела выдать я, краснея и отводя глаза, подлаживаясь к заданному тону.

Гамов кивнул с видимым удовольствием.

– Класс “Б”, между прочим.

– Впечатляет, – проговорила я, отстраняясь и проскальзывая под его рукой в полурокенролльном движении.

Он весь аж загорелся и стал лихо меня крутить. Благо, следующая песня позволяла, хит с нового альбома The Killers.

– Как же мне этого не хватает!

Оказалось, что мне не хватает тоже.

Через какое-то время мы успокоились, Лешка предпринял попытку меня отбить – к явному неудовольствию Риты, Гамов отказал, утаскивая меня неизвестно куда, и красавица-брюнетка осталась в компании моего красавца-блондина.

– Хорошо смотрятся, – мягко улыбаясь, проговорил Гамов.