Так пахнет аммиак

Изъедался его жителями, родившимися здесь, гадящими здесь, умирающими здесь же. Весь их мир – разорванное сочащееся чёрной жижей тело исполина. Огромный организм, распадающийся на части сотни мучительных лет. Безликого внутренне корёжило от мысли задержаться здесь, в этой общности, ещё хотя бы на день.

Рабочий день подошёл к концу, все окна планомерно закрылись, машина протяжно загудела и заснула до следующего утра. Безликий прошёл к выходу и столкнулся с коллегой, терпеливо ожидающим в дверях.

– Подвезти? – спросил он глухо, безэмоционально: тихий голос совершенно не подходил к огромному, за сотню кило, телу.

Коммивояжер продавал товары и услуги, умел по-настоящему окучить клиента, ловко жонглируя знаниями, почерпнутыми из десятков проштудированных книг, но сам оставался образцовой жертвой маркетинговых уловок, был обвешен кредитами, условия которых менялись быстрее, чем дни календаря, и даже покупал лотерейные билеты.

Безликий кивнул: его не пугала перспектива промокнуть под ливнем, но оставаться сухим всё-таки сподручнее.

Пара шагов по мокрому асфальту, и он внутри салона – мягкие кресла и обогрев создавали обманчивое ощущение комфорта, но уродство яви так и норовило напомнить о себе, скребя по стеклу порывами ветра. Двадцать минут езды в полной тишине, если не считать заунывное пение Мика Джаггера по радио.

Машина притормозила. Короткое рукопожатие, и вот Безликий уже в своём подъезде, ступеньку за ступенькой преодолевает на пути к пустой квартире, снимаемую за бесценок. Войти, скинуть шмотки, отрешённо рухнуть на кровать и разглядывать чёрные точки в потолке – до тех пор, пока либо он не уснёт, либо точки не начнут ёрзать по штукатурке, словно беснующиеся на стекле мухи.

Безликий не без усилий оторвал себя от бессмысленного занятия и протянул руку к тумбочке, кое-как нащупал телефон, сделал пару нажатий вялыми пальцами по облупившимся кнопкам.

– Я свободен. Приезжай, если хочешь. – И сразу сбросил. Конечно, она приедет, об ином и речи быть не могло. Она никогда не отказывалась.

Но тут же телефон зазвонил снова. Знакомый до боли рингтон едва не подкинул Безликого на постели. Звонит? Она? Нет, такого просто не могло быть. Он разлепил ленивые веки, бодро подхватил телефон, заглянул в экран – отец. Буря кончилась, внутри всё осело.

– Я тебя слушаю.

– Привет… – жалобно прохрипел динамик.

– Привет, – прожевал Безликий. Бессмыслица, разговор уже идёт. – Что ты хочешь?

– Послушай…

– Слушаю, очень внимательно.