Так пахнет аммиак

– Стоит-стоит! Или вы не голодны? Вы всё утро только кофе и пьёте.

Она на секунду потупила взгляд, но затем исправилась:

– Разве что вы отчаянно нуждаетесь в компании.

– Не поверите: в такую погоду ни о чём другом и не думаю!

И вот она уже за столиком, сидит напротив, улыбается. Нежность и забота – женщины ценят это даже от совсем незнакомых мужчин. Официантка с клопом заставила себя подождать, но всё же явилась, сверля недобрым взглядом обоих. Из радио грустно и ласково что-то напевал Джон Леннон – уже не в составе «Битлз», а из времён его сольной карьеры.

– Ещё одну яичницу с беконом и тосты, пожалуйста, – сказал Маньяк, улыбаясь.

– И кофе, – сказала женщина.

– И кофе.

Официантка пробурчала что-то невнятное под нос и скрылась за стойкой.

– Часто здесь бываете? – спросил Маньяк участливо.

– Ох, нет, – скривилась женщина. – Я проходила мимо, но внутрь не заходила. Местечко-то выглядит совсем паршивым, – прошептала она, наклонившись ближе.

– Выглядит-то да, но готовят здесь потрясающе.

– А так и не скажешь.

– Поверьте уж, я весьма прихотлив в еде.

В действительности завтрак в заведении оказался на редкость мерзким. Тосты, что он съел ранее, задержались на языке привкусом гари, а в яйце обнаружился волос. Для безопасности людей местного повара следовало бы отправить чистить сортиры или убирать улицы, потому как еда его – дерьмо и мусор. И тем не менее женщине Маньяк солгал. Пускай попробует сама, а он посмотрит, внимательно послушает, тщательно изучит движения мимических мышц.

Признает печальную правду или поддержит его сладкую ложь? Скривится в рвотном позыве или изобразит удовольствие? Подыграет ли, чтобы сохранить эту непринуждённую расслабленную атмосферу за столиком?

Раздался противный звоночек, и носы дорожных колпаков застучали по плитке. Огромный глобус катился по полу, а чёрный клоп так и зимовал на северной стороне этой экспозиции. Содержимое блюда, зажатого в жирных пальцах, било в нос запахом подпалин за два метра и выглядело тоже как-то не ахти.

В кружке с кофе плавала какая-то пенка – было бы совсем неудивительно, если это официантка в него плюнула, такая уж может.

Женщина поблагодарила тётку за принесённый заказ, вооружилась ножом и вилкой, в глазах её загорелись и тут же потухли первые опасения. Она попробовала принесённое яйцо, тщательно прожевала, не выдала и толики отвращения. Подыграла, значит. Съела ещё, улыбнулась, сказала, что вкусно.