Хрустальный замок

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в виде содержания под стражей оставить прежней, улики хранить в деле, вещественное доказательство в виде пистолета марки ТТ передать на хранение в Управление Росгвардии по Центральному административному округу города Москвы, остальные вещественные доказательства – уничтожить. Приговор может быть обжалован или опротестован в Московский городской суд, в течении десяти суток с момента вручения на руки.

– Подсудимый, приговор понятен? – механически поинтересовался судья у молодого человека с окаменевшим лицом.

– Да… – выдавил тот из себя с огромной тяжестью.

– Сережа! – рыдая навзрыд бросилась к клетке девушка, и тут же упала в обморок.

К ней подбежал судебный пристав и начал приводить ее в чувства. Секретарь же побежала за водой.

– Катюша! – закричал парень, припав к решётке. Будь такая возможность он тут же бросился бы к ней, но прутья не пускали.

– Руки! – нарочито грубо скомандовал сержант их конвоя, доставая наручники.

Сергей, обессиленно повернулся спиной, вспоминая как все красиво начиналось, как он пообещал себе завязать, жить нормальной жизнью, и может быть, если повезет, найти любовь.

Когда его выводили из зала, он еще раз повернулся в сторону любимой, которая только что пришла в себя.

– Сереженка! – рыдая навзрыд не могла успокоиться девушка.

Молодой человек сам еле сдерживался что бы не заплакать. Уже сидя в автозаке[1 - Автозак – спецмашина, предназначенная для перевозки задержанных, подозреваемых, обвиняемых и осужденных] он погрузился в воспоминания, которые привели его туда, где он находился теперь.

Кто не бы лишен свободы – тот не знает ее цены

Александр Дюмин

Сгибает боль утрат в бараний рог

И сердце лихорадит мелкой дрожью

Немало в жизни я прошел дорог,

Но в основном весь путь по бездорожью

На бездорожье просеки рубил:

Пути-дороги на лесоповале

Самозабвенно волюшку любил

Но мне ее надолго не давали

Валерий Козьмин

Март 2019 года…

Мартовское солнышко грело оживающие от зимы улицы.

Весна приходит ко всем, в том числе и к людям, находящимся по ту сторону колючей проволоки.

В зонах она чувствуется как никогда, пьянит безо всякой водки, а на волю хочется еще сильнее. Даже вертухаи[2 - Вертухай – тюремный охранник, надзиратель, на блатном жаргоне.] становятся чуточку подобрее.