Хрустальный замок

За Петюней приехала тетя, которая готова была забрать его к себе если ему дадут УДО, тем более необходимый для этого срок уже подходил. Получил он всего год, и по закону мог подать на досрочное освобождение документы через три месяца. Которые как раз уже отсидел.

Ей он все и рассказал, та обратилась в Следственный комитет, и уже вскоре следователь приехал и к Грому с его дружками, которым было предъявлено покушение на насильственные действия сексуального характера.

После того, как за Петюню вступился Серега, того больше никто не трогал.

Между тем, дело Сереги было передано в суд. На суде Петюня, которого уже освободили, и его тетя высказались в защиту парня. Сергею снова грозило, до пяти лет, а учитывая вторую судимость он мог получить по максимуму.

В итоге судья учел все обстоятельства и дал Сереже два с половиной года, прибавив неотбытое наказание, которое отбывать ему теперь предстояло в полноценной колонии для несовершеннолетних, а после достижения совершеннолетия – в колонии общего режима.

Гром же, в дальнейшем получил дополнительно к не отбытому сроку пять лет, а его дружки по четыре, и отправлены были они на малолетку в соседнюю область. Там быстро прознали про их «уважаемую» статью, и они сами в скором времени стали «машками». Гром не выдержал этого и вздернулся, а его дружки «обслуживали» остальных до конца срока пребывания на малолетке, а попав на взросляк жили среди петухов[18 - Петух, тое самое, что и опущенный – в местах лишения свободы самая низшая каста.

Для Сереги же теперь выходило, что в общей сложности он отсидит четыре года, и учитывая его поведение и судимости, совершение нового преступления, не отбыв даже ещё срок – УДО ему вряд ли светило.

Так Сережа, окончив 9 классов оказался не на воле, как мечтал, а в зоне-малолетке в области, как раз примерно в то время, когда должен был выйти на волю, а сидеть было еще два с половиной года.

Не зря видимо говорят, что благими намерениями дорога в ад вымощена. Однако, если бы Серега не вступился тогда за Петюню, он бы себе этого не простил до конца жизни.

Он вспоминал отца, которого толком не знал, думал, как бы тот поступил, и делал точно также.

«На дворе сентябрь 2016 года, через два с половиной года будет март 2019-го, как же долго!» – думал Серега, в том момент, когда автозак въезжал в ворота его нового дома на ближайшее время.