Пробуждение. Полдень. Том 5

Позади него раздавался громкий, веселый смех Валькирии.

* * *

Андрей расслышал странный грохот, раздавшийся неподалеку, и поднялся на ноги, медленно шагнув к двери и прислушиваясь. Грохот повторился вновь, и по коридору кто-то торопливо прошагал к одной из камер. Рявкнул солдат, но ответом ему послужил удар по железной двери. Затем скрипнула задвижка, и военный отдал приказ более громко.

Прозвучавший из-за двери смех заставил Андрея похолодеть – он прекрасно знал этот смех, не раз слышав его раньше.

По крайней мере, Марьяна была близко. Но во что она вляпалась своей выходкой – он не знал, и потому припал к двери, старательно вслушиваясь в происходящее.

Хлопнула дверь, и военный ударил по железу, отдавая приказ еще раз, добавив ругательство. Потом шаги охранника удалились, но звучавший из камеры неподалеку смех продолжал литься какое-то время, пока Марьяна не успокоилась.

Закрыв глаза и прижав лоб к двери, Андрей сдержал в себе желание замолотить по двери, чтобы взбешенный охранник не вернулся к нему.

Где-то рядом взвыл кто-то еще, и Андрей нахмурился, снова прислушиваясь. Звук доносился с противоположной от камеры Марьяны стороны и явно принадлежал мужчине. Приглушенный, полный безумия вой звучал недолго, и вскоре затих.

Что-то в этом настораживало даже больше того факта, что Уолкер схватил их с Марьяной в плен. Неужели в камерах держали еще кого-то?

* * *

Леонард Кулагин подскочил от громкого стука по двери его комнаты.

Но стоило ему открыть дверь, как весь его гнев куда-то испарился – на пороге стоял полковник Уолкер.

– С добрым утром, доктор. – холодно поприветствовал ученого военный.

– Здравствуйте, полковник. – прочистив горло, отозвался ученый, принимаясь поправлять мятую после сна одежду.

– Сегодня у вас важный день, доктор. Я отправлю к вам первого испытуемого для сыворотки. Будьте добры предоставить мне результаты тестирования к вечеру.

Кулагин немного опешил от этих слов, но сдержанно кивнул и провел рукой по волосам, приглаживая их.

– Конечно. – голос подвел его и прозвучал сдавленно.

– Не тяните.