Матрица жизни, или Тарас и его женщины

Что вас беспокоит?

Света рассказала о сне и о том, что он уже почти месяц не выходит у неё из головы.

– Брэд Питт – это ваш мужчина?

– Это американский актёр, – ответила Света и подумала, что вертихвостка ещё и тупая.

– Простите, я не поняла. Сейчас часто строят отношения с иностранцами. Значит, это не ваш любовник?

– Нет.

– Но он вам нравится?

Свету стали раздражать её вопросы:

– Как актёр? – язвительно спросила она.

– Как мужчина.

– А вам какое дело? – начала закипать Света.

– Успокойтесь.

Свету это страшно возмутило.

– Идите вы знаете куда! – вскочила она со стула, бросила на стол деньги и, хлопнув дверью, выскочила из кабинета.

«Идиотка! – думала она. – Какая связь между тортом и сексом?! Каждый профан мнит себя психологом! Просто дура ненормальная! А вот с Брэдом Питтом неплохо бы переспать».

С тех пор слово «психолог» вызывало у неё раздражение.

– Если хочешь, я могу у тебя жить месяц через два, – предложил Тарас.

Такое заявление вызвало в душе у Светы негодование, но тем не менее она сказала, что подумает. После этого она ещё несколько раз приглашала Тараса на чай, заканчивающийся любовной страстью, от которой у неё порой терялось чувство реальности, и вскоре дала согласие. Но не потому, что ощущала себя одинокой, а для того, чтобы её не считали такой окружающие.

Если Люба, как и в прошлый раз, с виду безропотно отнеслась к новому члену в их союзе, то Юля отчаянно сопротивлялась.

– Тарас, я всё понимаю – миссия, спасение, но это уже какое-то распутство! Тебе одной меня не хватает? (Любу за женщину она почему-то не считала.)

– Юленька, какое распутство? Ты же знаешь, как для меня важно помогать женщинам.

– Так помогай, – носи продукты, ходи старушкам за лекарствами. Но зачем жить у них?!

– Света не старушка. Она директор радио.

– Я ничего не хочу слышать об этом директоре радио!

Однако после долгих препирательств Юля дала согласие на вхождение новому участнику союза, но с условием, что других больше не будет.

Амбициозному Тарасу, конечно, было мало трёх спасаемых женщин, но он был на всё согласен, лишь бы Света вошла в его спасительные планы. «Потом что-нибудь придумаю», – успокаивал он себя.