Чудильщик

Питер наотрез отказывался брать нас в переулок, я наотрез отказывалась его отпускать: пока что находилась в относительно здравом уме и помнила, что он сказал по поводу вампиров накануне.

Джек внезапно занял мою сторону. Одет он теперь был столь же стильно и удобно, как и я, и держал маленькую дорожную сумку, словно щит. Я растерянно трогала свою – там, где во внутреннем кармане лежали бусы, – словно надеясь, что они мне дадут совет.

Мы стояли и препирались до тех пор, пока в переулке не скользнула тень.

– Что тебе надо, чудильщик? – процедил мужчина.

Его можно было бы назвать молодым, если бы не цвет лица.

– Эжен? Какими судьбами? – тяжело вздохнул Питер, отрываясь от нас.

Джек пнул ногой камешек. Маленькое облачко пыли, золотое от света, вдруг потемнело и осело на булыжник черными блестками.

– Да не хаотическими, не подумай.

Эжен говорил так, будто змея шипит, и меня это откровенно пугало.

– Ты позаботился о ней? – спросил Питер.

Тот фыркнул и не удостоил его ответом, а Питер прикрыл глаза рукой.

– Это вчерашняя красоточка, что ли? Неужто до тебя добралась? Шустрая, батонами драться. А ты опять налажал, да?

Питер настороженно посмотрел на меня, перевел взгляд на Эжена:

– Не знаю, о чем ты. Мне нужна Айним.

– Да с возрастом, дурень. Зелья посильнее не было?

– С каким еще возрастом? Айним позови, будь добр, или отодвинься, я сам пройду.

– Крошке лет шестнадцать было до нас. Пока бежала со всех ног, до двадцати двух состарили.

Питер едва заметно дернулся, будто действительно воспринял это как упрек.

– Разговорился, – сказал Джек внезапно. – Ага. Мертвыть, а туда же.

Все опешили. Точно по Гоголю, случилась немая сцена.

– Сказали привести Айним – приводи.

Эжен попытался рассмеяться, но я услышала змеиное шипение.

– Что за горе такое?

– Подмастерье мой. Из вас двоих он говорит по сути. А вот что несешь ты – я даже понимать не хочу.

– Пошли. – Эжен развернулся.

И Питер под нашими негодующими взглядами сделал шаг в темноту.

– Эй, эй, своих тоже бери, – Эжен вдруг обернулся тенью, взвился в воздухе, как черный дым, и оказался рядом со мной, близко-близко.

Я отпрянула.

– Или проваливай. Айним ему еще подавай.

Питер, совершенно не поменявшийся, мягко посмотрел на нас уже оттуда:

– Кормиться ими не будете.

– Да ты ж не позволишь, куда нам. Но хоть попугаем всласть, а из девчонки и так уже отпили.