Мечты о прошлом

Эдик даже немного жалел этого пацана, который не знает, что такое настоящие деньги, какую свободу дают они человеку, сколько возможностей открывают их владельцу. И на волне этого чувства он решил, что осенью, когда получит расчёт, отдаст Андрею этот несчастный червонец. Пусть порадуется, если для него эта бумажка не мелочь. Но осень ещё не скоро, а сейчас ему захотелось если не разделить с напарником его щенячьи восторги, то хотя бы не смеяться над ними. И он, как мог, настроил себя на дружелюбный, немного даже отеческий лад.

– Удивляюсь я на тебя, Андрюха! Ты как с Луны свалился, как будто глобуса никогда не видел.

– Да знаю я, знаю. В школе учили, – с удовольствием потягиваясь, ответил Андрей. – Только в том-то и дело, что только то знаю, чему учили. Вернее, раньше знал, а теперь… не знаю даже, как сказать… сам увидел, почувствовал. Представляешь, где-то в американских прериях сейчас пасутся бизоны, в африканских джунглях резвятся обезьяны, бушуют в океанах ураганы, но до них гораздо дальше, чем до Красноярска, куда мы едем уже неделю и никак не можем доехать.

– Век живи, век учись, – озвучил Эдик народную мудрость.

– Это точно! – согласился Андрей. – Мне в школе лабораторные работы, конечно, нравились. Колбочки, спиртовки, лампочки, проволочки. Всё это такое… вроде бы и настоящее, но, с другой стороны, не взрослое какое-то, учебное, школьное, убогое. Зато по географии… Когда ты в школе учился, вас в Саблинские[6 - Заброшенные подземные выработки кварцевого песка близ посёлка Саблино Ленинградской области.

– Водили, конечно. И водопад на местной речке показывали.

– На Саблинке.

– Не помню, может быть, на Саблинке. – согласился Эдик. – А при чём тут пещеры?

– При том, что о пещерной жуткой тьме и холоде можно узнать, прочитав в учебнике, от учителя услышать, а по-настоящему прочувствовать эту тьму и холод можно только в пещере.

Эдик удивлённо поджал губы и покачал головой.

– Ну ты даёшь! Тебе лекции в сельских клубах можно читать.

Помолчали немного. А когда люди так замолкают, они думают каждый о своём, переваривают каждый своё, бродят по цепочкам возникших ассоциаций.