Ангел-хранитель аллеи Ангелов

Мне от Ленинградского вокзала пришлось проехать до Новых Черёмушек, потом на на троллей-бесе № 60 (кажется)… Выглядел я безликим бомжом: не было у меня привязки к определённой точке пространства и времени.

Потому, должно быть, я и добрался. Прошёл меж пространств и времён и выжил. Выбрался на остановке троллей-бусе у супермаркета Бухарест, а там как раз мой друг и бывший «банкир» (тогда – начальник холдиногового отдела в Инком-банке…) возвращался из похода «на пятак» (так называлось скопление ларьков, теперь уже снесённых).

Мой друг, мудрый алкоголик со стажем, ходил за водкой.

– Саша! – неслышно позвал я. – Саша.

Он взглянул. Не узнал. Потом ещё раз взглянул.

– Бизин, ты? – в ужасе тихо произнёс он.

То, что он меня узнал, было моим спасением.

То, что назвал по фамилии, прикрепило меня к месту и времени. Ведь я в Бологом из места и времени был выбит.

Забыл пояснить, что мои походы в Москву на «собаках» (электропоездах) оказывались сродни моим походам вокруг Долгого озера: нечто внешне бессмысленное, ставившее мою жизнь на грань: невидимая рука брала меня за шиворот, и я становился земным отблеском «беззаконной кометы в кругу расчисленном светил».

Здесь вспоминается Прутков с его «если ты видишь юношу, парящего над землёй…». Мой друг-банкир Саша увидел меня (бомжа пространств и времён) и заключил меня в фамилию, принадлежащую моему роду.

Моему деду Степану Михайловичу Бизину, отсидевшему 10 лет в Норильлаге. В 46 году он вышел на поселения, и к нему приехала его семья.

Я специально не развиваю тему Александры и Анны (моей матери и моей бабушки), ибо тогда история начнёт ветвиться генеалогическим древом, и мне тогда придётся окончательно свернуть на путь Шехерезады (а мало кому по силам описать все версификации реальности); итак!

Не сочтём Верховного – Шахрияром, убивающем каждую Шехерезаду после первой же рассказанной истории, но и не будем блуждать в вероятностях; итак, немного реальности.

Опосредованной жертвой сталинских репрессий. Вот какие они были, жертвы сталинских репрессий.

Но не только такими. Мне, бомжу пространств и времён, многое было видно (и из походов вокруг Долгого озера, и из вояжей на электропоездах в Москву): «Жертвы сталинских репрессий. Кем они были на самом деле?

Один пример из тысячи: Осенью 1942 г.