Ангел-хранитель аллеи Ангелов

Сердца, превращенные в камень,

Заставить биться сумел,

У многих будил он разум,

Дремавший в глубокой тьме.

Но люди, забывшие Бога,

Хранящие в сердце тьму,

Полную чашу отравы

Преподнесли ему.*

Сказали ему: „Проклятый,

Пей, осуши до дна…

И песня твоя чужда нам,

И правда твоя не нужна!»

    (автор известен)

Бес в шеломе произнёс:

– Надо же, помнишь… – чем себя безусловно выдал.

Он (как конкретный человек) – не мог бы знать поэзии молодого Джугашвили. Что ведомо бесам, ведомо только Богу.

– А зачем ты мне зачитал свой приказ?

Тогда Верховный в точности привёл неизвестные ему слова великого поэта Юнны Мориц (о которой он тоже не мог знать – а ведь она прокомментировала выложенный мною в соцсети текст приказа): «Всё повторяется в зеркале Истории, в тех же ритмах, с теми же интонациями.»

Ремарка: Сталин мог бы и не знать такого поэта, но Юнна Мориц – небезызвестная Богу; Верховный сейчас – десница Создателя.

Привёл – не бесу, но – и самому себе, и – небесам: получилось – молча.

Призраки сгрудились у постели Верховного. Внешне – их было совсем немного; внутренне – было их видимо-невидимо: и вот здесь они (как у Волги когда-то) – проиграли! Сталин был уверен в невидимом.

Сталин – посмотрел. Казалось, бесы (физически) наваливались на него. А он (метафизически) был готов пройти меж них.

А они были готовы лишь усиливать навал.

– И здесь ты прав, – сказал бес в шеломе. – Раз в сто лет мир наш сатанизма собирается и идёт уничтожать ваш III Рим.

Бес (всею костью своей) ухмыльнулся:

– Стало быть, ты не-до-победил нас; но ты и вовсе не можешь победить: вот такое орудие против тебя у меня есть. Неопровержимый довод против самого твоего бытия. Мне всего лишь следует убедить тебя, что тебя вовсе нет, что ты – даже не кровавая и героическая нелепица, заступившая путь самой Неизбежности: превращению человечества в сборище гомункулов той или иной оскоплённой культуры; что на самом-то деле тебя вовсе не было! Даже и не могло быть.

Здесь бес (всею костью своей) сделал гримаску, спохватившись: много изречённых слов. Побеждать надо правдой.

Разве что Верховный – грузин, отождествивший себя со Святой Русью; так не пора ли (по фарисейски) побить его камнями?

Сталин молчал.

Спасение человечества русскими

Не постигнуть смыслами узкими.