Рискну жить по Слову

 – Вы так просто объясняете сложные вещи!

– Это серьезное предложение, и я не могу ничего сказать, пока не поговорю с женой и с теми детьми, которые живут с нами, – ответил Саша.

После общения Саша позвонил домой и рассказал о предложении, но Вера достаточно резко ответила:

– Нет, я уже никуда не поеду. Я так устала от переездов! Я уверена, что если я соглашусь сейчас, через несколько лет ты соберешься снова переезжать!

Саша положил трубку телефона.

– Что случилось с мамой? – недоуменно протянул он.

Муж и отец был расстроен и даже раздосадован. Несмотря на все старания не прислушиваться к самолюбию, Саше польстило очередное предложение стать пресвитером не маленькой церкви. В его родной церкви он не встречал признания у руководства. Слишком прямой и иногда резкий в суждениях, совершенно не обладающий дипломатическими способностями и не терпящий компромисса с властями, которые пытались погубить церковь, не сообщающий заранее руководителям, о чем он будет говорить на проповеди, Саша казался им бомбой замедленного действия, особенно когда тот выходил за кафедру.

Руководители большой церкви, которую Саша посещал дома, искренне считали, что каждый проповедник, выходящий в доме молитвы за кафедру должен говорить на тему, заранее обговоренную на братском общении. А также он должен придерживаться целого свода правил, принятых в этой церкви. Это никоим образом не было отражено в Библии, но здесь так было принято. Однажды перед самым служением, когда изменить ход служения уже казалось невозможным, на вопрос пожилого брата, о чем он будет говорить на собрании, Саша искренне ответил:

– Я готовился говорить на тему милосердия.

– И какую же проповедь ты намерен говорить? – спросил старичок, очень гордящийся в глубине души своими прекрасными и точными конспектами каждой своей проповеди, подготовленными за неделю, а то и за две до собрания, где он намеревался эту проповедь сказать.

– Я еще не знаю, буду молиться, и искать тему – спокойно ответил Саша.

Старичок остановился в недоумении, затем спохватился и попытался догнать входящего в зал собраний пресвитера, но тот уже вошел, как обычно чинно ступая перед огромным залом. Поняв, что опоздал, чинно как все, войдя в зал на полторы тысячи слушателей, полный до отказа, старичок стал судорожно искать бумажку, настрочил на ней несколько строк и передал руководителю.