Письмо другу

Потому что именно ты видел меня в момент, когда раскрывались мои крылья – тогда, на заре нашей жизни. Ты знаешь, как никто другой, с какой силой способно гореть мое сердце. Ты – тот человек, который запомнил меня таким, какой я есть по своей сути, в своей глубине.

Тогда мы с тобой только начинали свой жизненный путь, оторвавшись от родительских гнезд и впервые вдохнув воздух свободы: делали первые шаги. Первый ответственный поступок, первые неудачи и победы – и во всем этом ты присутствовал.

А помнишь сковородку подгоревшей картошки на двоих? А помнишь, как мы с тобой по ночам разгружали вагоны, чтобы заработать на хлеб, и уставали так, что засыпали прямо на ходу? Помнишь рассказы друг другу о первых свиданиях? И наши драки друг за друга? А ведь мы с тобой тогда никого и ничего не боялись! Да, это было время настоящей свободы, раскрывавшей нам необъятные просторы и безграничные возможности.

Тогда зарождалась наша жизнь, наш дух. И по сей день меня питают и спасают наша смелость, вера в свои силы, идеалы и мечты – наша с тобой искренняя дружба.

Я пишу это тебе, но все это я хотел бы сказать прежде всего самому себе. Время идет, друг мой, и, как бы там ни было, какой бы большой ни была жизнь, мы неумолимо приближаемся к финальной точке. И у каждого своей срок. А нужно еще многое успеть. Нужно успеть…

2

Знаешь, иногда мне кажется, что во мне живут два человека. Для окружающих я один, а для себя самого – другой. Тот, каким меня видят люди, – это человек, от которого они чего-то хотят.

Я не нужен им сам по себе. Им нужно только то, что я имею и я могу для них сделать. Я и не против – я живу для них всех. Но мне бывает очень одиноко.

Тоскливо от того, что, взяв у меня нужное себе, никто не попросится в дальние уголки моего сердца, никто не согреет меня, когда бывает одиноко и тяжело – просто оттого, что интересуется мной, просто оттого, что ценит меня и любит. И знаешь, со временем я закрыл дверь в свое сердце.

Я перестал ждать, что кто-то придет и постучится, чтобы побыть со мной. Я остался наедине с собой. Жить мне там, в моих глубинах, одному до конца.

И мне кажется, что одиночество – это особое испытание для нашего духа, посылаемое Богом. С этой тоской, щемящей душу, нужно научиться жить, как с постоянной вьюгой, колющей глаза своими леденящими потоками. Привыкнешь, примешь это состояние – и считай, что бессмертен, тебя уже ничто не сломает.