Всемирный экспресс. Поезд ночных теней

Никто не произнёс ни слова – в то время как Гарабина положила в тарелку бигос и села на своё привычное место напротив Стуре Аноя. Бледный мальчишка, казалось, был этому не особенно рад. Гарабина, взяв ложку, помедлила и оглянулась на любопытные лица вокруг.

– Прямо не знаю, на что тут и смотреть, кроме как на мою неземную красоту, – громко сказала она.

Уже не в первый раз Флинн страстно захотелось держаться на глазах у всех с такой же уверенностью в себе. Она ждала, что лампочки в поезде опять начнут мигать, но ничего подобного не происходило.

Может, Даниэль всё-таки прав и внезапная темнота за ужином была просто перебоями в подаче электроэнергии.

– Как вы думаете, почему Гарабина ничего не сказала? – спросила Пегс на пути по бесчисленным вагонам Всемирного экспресса. – То есть почему она не поговорила с нами о том, что произошло на крыше в прошлое воскресенье? Надеюсь, у неё ещё будут из-за этого большие неприятности. – В уголках губ у неё остался шоколад, и она кружилась, напевая себе под нос школьный гимн.

И всё же от Флинн не ускользнули нотки озабоченности в её голосе.

Флинн провела рукой по рукаву клетчатой рубашки Йонте.

– Я рада, что Гарабина не высмеяла мою одежду, – пожав плечами, сказала она. Флинн на приветственной церемонии в клетчатой рубашке вместо формы – для прежней Гарабины тут было чем поживиться. Но Гарабина, несколько минут назад стоявшая в столовой словно разбуженная поцелуем принцесса, не удостоила Флинн ни единым взглядом.

– Могла бы спасибо сказать, – возмутился Касим, на ходу скользя пальцами по нижней перекладине оконных рам, где порхающие буковки объявляли: «Городская гмина Щитно».

Внезапно пальцы Касима забегали как у играющего гамму пианиста, и большинство незакреплённых буковок исчезли у него в рукаве. «иЩи», краем глаза прочитала на оконной раме Флинн. Она печально вздохнула. – В конце концов мы не дали ей совершить преступление, – сердито закончил свою мысль Касим.

Флинн спросила себя, понимает ли он, что, так бездумно воруя, тоже каждый день совершает преступления.

– Убийство, – добавил Касим, словно прочитав мысли Флинн. – Она собиралась помочь мадам Флорет открутить назад время в поезде. На двадцать пять лет! Не останови мы их обеих – нас бы уже не было.

– Убийство! – воскликнула Флинн и тут же прикусила язык. Мадам Флорет пыталась найти сестру. Флинн понимала, что по сути Касим прав. И всё же…

– Я думаю, Берт Вильмау беспокоится из-за мадам Флорет, – предположила она.