Том на отшибе. Избранные стихотворения. XXI век

Я спрашивал: «а где же папа?

Куда он вышел и зачем?»

Потом, когда, окутан тьмою,

Он возникал, – как я всерьёз

Его ругал: «а ведь со мною

Беседовал сам Дед Мороз!

А ты где пропадал, откуда

Явился, брови в серебре?»

И это было просто чудо —

В каком столетье на дворе?

Да в том, когда наивный юмор

Менял застенчивый баян,

Когда ещё никто не умер;

И я, обмана не поняв,

Заснуть пытался, строя планы,

Стараясь за год рассчитать,

Как – чтобы Дед Мороз и папа

Не разминулись бы опять.

КОМКИ

Младенцами боги лепили комки

Из атомов пыли, – и вот

Теперь мы любуемся светом каким

Когда-то в ночь брошенных звёзд.

А те разгорались; эй не обожги! —

Звучало в прорезанной тьме.

И вот уж не боги, а просто божки

Лепили комки из комет.

В холодной земле – не шуршанье червей,

Там, занят извечным трудом,

Из грязи вылепливает человек

Свой милый космический дом.

А рядом из снега – ну, чем не божок,

Хоть прямо сейчас на алтарь! —

Мальчишка воинственно лепит снежок:

А ну-ка, попробуй, ударь!

Неужто так вечно и катится ком?

А смысл этой притчи лукав:

Он – в том, что тот смысл,

что богами иском,

Весь – в детских холодных руках.

ШАРИК

Висеть – не нависеться,

Взлетевший, голубой!..

Страх перед болью в сердце

Усиливает боль.

Будь ласковый и добрый —

Тем умножая зло…

Приверженец утопий

Упёрся в потолок.

Теперь тебя удержит

Покой наверняка;

Последняя надежда —

На силу сквозняка.

Иль детскою рукою

(и свысока поклон)

Ты, вопреки покою,

Отправлен на балкон, —

А там уже без гнева

И радости, чуть-чуть:

Лишь полчаса до неба,

Час – до разрыва чувств.

ИЗ ЗАЛА

Армянский мальчик улыбался,

Играя Баховское скерцо;

Разулыбался бы и Бах сам

От Бранденбургского концерта,

Исполненного остро, лихо,

Слегка наивно, con fuoco.

Быть гениальным, быть великим —

Не в этом, право слово, фокус;

А вот, сжимая в пальцах скрипку,

Всё время рвущуюся к люстре,

Попробуй-ка сдержать улыбку:

Простой провинциальный юзер,

Которому доверен гений,

Вручён, трепещущее знамя,

Вдут в сердце, точно в шарик – гелий, —

Но ничего о том не зная,

Он лишь приказывает звуку

То взмыть, а то вдруг пасть ничком,

Пуская душу, как голубку:

Лети, лети, мол, за смычком!.