Том на отшибе. Избранные стихотворения. XXI век

Первый круг – так почти в обнимку,

А второй – ничего, разминка,

А на третьем – рывки да прятки,

Переглядки.

На четвёртом, а также пятом

Всех, кто рядом, считаешь братом,

Все товарищи и страдальцы, —

Нарыдаться ль…

А последние-то два круга —

Это да, это вправду круто,

Темп на спад, боль огнём на взлёте —

Не зальёте.

Сердце – ах, из груди не вынешь,

Но вдали показался финиш;

И на финиш – как утки к солнцу —

Марафонцы.

ЛЕТЯЩАЯ

Летящей по диагонали

К созвездью Льва

Земле – есть срок для вакханалий

И срок для лав:

Все преступленья и пороки

Спалить и скрыть.

И есть ещё иные сроки —

Принять дары

Забытых мудрецов; и камни

Сложить в курган;

Для простоты; для покаянья;

Любви к врагам…

Но нынче срок иной, иное:

Каким путём,

Куда

Вселенная

земное

Мчит бытиё?!

И сжатая в дрожащем теле

Сквозь гул и лязг

К последней, неизвестной цели

Летит Земля.

СТИЛИЗАЦИЯ НА БЕГУ

Мне снились кольца и круги,

И я во сне шептал:

Беги, беги, беги, беги,

Покуда не упал.

За мною кто-то гнался, но

И я-то ведь – за кем?

Не чуя рук, не чуя ног

И веса в рюкзаке,

В котором – ручка и тетрадь,

Портрет второй жены,

Но я во сне не мог понять,

Зачем они нужны.

Там камень мудрости лежал,

Цветы – валялись – зла,

И корень истины, и жар

Жар-Птицына крыла.

Всё меньше становился вес

И всё длиннее путь,

Так можно было и небес

Достичь когда-нибудь.

Дымилась подо мной земля,

Неслись Сатурн и Марс,

А я прохожих умилял

Игрой своих гримас.

И всем чертям наперекор,

Их дьявольской возне,

Я устанавливал рекорд

Дистанции во сне.

Я наворачивал петлю

С накидом или без,

Но весь со мной бегущий люд

Из глаз моих исчез.

Однако ж вышел я на старт,

Пренебрегая тем,

Что сплю, травмирован и стар, —

Я принял бесов темп!

А существует ли конец,

Исход или финал,

Я этого – вот молодец! —

Заранее не знал.

Когда закончится мой бег

И как закончить стих?

Проснуться – и в другой судьбе

Идти, идти, идти…

ПГМ

Петровский гребной марафон.

Неву расчленяя на взмахи,

Каких я не пробовал форм,

Куда не вбивал амфибрахий!

Замах – задрожала ладья,

Проводка – и лопасть, как выдра,

А дальше, на вынос локтя —

Короткий расслабленный выдох.

Нева, как всегда на дыбы,

Она и груба, и горбата;

Но – ширь и приволье судьбы,

Введённые в узкий фарватер.