Всё не так

Недавно знакомая медсестра рассказывала, что в наших русских деревнях девочки уже с одиннадцати-двенадцати лет начинают свои половые отношения, и к чему это часто приводит. Алексей Михайлович погрузился в лёгкий ступор. Мысли суматошно носились в одуревшей голове, безнадёжно пытаясь отыскать ра- зумное решение и определить правильное направление действий. Вспомнилась шекспировская Джульетта, которой на момент её отношений со своим возлюбленным было четырнадцать лет и она уже считалась засидевшейся девкой. И, наверное, это обстоятельство для неё было если не трагичным, то, наверняка, неприятным.

Но Танюша выглядела совсем ещё ребёнком…

– Танюшенька, – наконец заговорил Алексей Михайлович, – лапочка ты моя бедная… А напомни мне, пожалуйста, сколько тебе лет?

– Тринадцать, – ответила она не поднимая глаз, что-то предчувствуя. Раньше ей уже доводилось сталкиваться с загадочной проницательностью Алексея Михайловича.

– А скажи-ка мне по-дружески, кто он?

– Он? Кто?

– Он тот, с кем у тебя были сегодня очень близкие отношения.

Ты ведь знаешь, о чём я.

– Мы любим друг друга.

– Хорошо. Скажи хоть, сколько ему лет?

– Он взрослый. Учится в колледже.

– Танюша, но ты же понимаешь, что в результате таких близких отношений появляются дети? Может, вам ещё рановато? Тем более под бутылочку.

– Мы уже не в первый раз. Пока никто не появился.

– Ты умеешь пользоваться кружкой Эсмарха?

– Какой кружкой?

– У вас дома есть кружка Эсмарха?

– Да, у нас дома много разных кружек.

– Понятно.

Дай-ка я тебя осмотрю, встань, пожалуйста, – Алексей Михайлович одной рукой взял её за запястье, вторую положил на низ живота. Закрыв глаза, он ненадолго замер, затем пристально по-смотрел на Танюшу и объявил:

– Первый раз вы занимались своей любовью где-то месяца два назад? Тебе нужно срочно проспринцеваться специальным отваром. Иначе будут большие неприятности.

– А вы можете это сделать?

– Да. Я сделаю, – чуть помедлив, ответил Алексей Михайлович.

Он долго готовил какой-то отвар, при этом объясняя Тане, какой травы и сколько надо взять и какое время отваривать.

Иногда тяжело вздыхал и тихо сокрушался: «Бедная, бедная девочка». Но «бедная девочка» всё пропускала мимо ушей потому, что ослабла и засыпала, сидя.

После того, как отвар был наконец залит в кружку Эсмарха и девочка удачно проспринцована, Алексей Михайлович спросил:

– Тебя там родители совсем, наверное, потеряли?

– Нет, их нету дома. Они в город уехали. Завтра будут.