Улица До свидания

Ну новый же замок! Легчайший…

– Ничего, – сказал я наконец в знак примирения, – сейчас щи разогрею, а на ужин овсянки и салат из капусты сделаю… Полегчает…

На ночь глядя потихоньку от меня спустилась к почтовому ящику, поднялась, правильно отперла и закрыла дверь.

– И как же это ты без палки спустилась и поднялась?..

– Забыла… Пойдем завтра до магазина?..

– А почему завтра? И почему со мной? Не-е, я по магазинам не хожу… – я намекал на то, что руки уже оборвал, таская за это время в дом.

– Мужики… – она шмыгнула носом… – с бабами знаешь сколько тянут?.

.

Ну вот, провал, кажется, позади. Все, вроде, нормально. Сколько их еще будет, таких провалов?

За ужином, для проверки:

– «На недельку до второго…» кто пел?

– Скляр.

– Тебе не нравится кино? Выключить?

– О-о! – большой палец.

И все же что-то не так. Возвращаясь с кухни, обнаруживаю ее в моей комнате, заглядывающей за шкаф.

– Мам, ты что?

– Он еще не пришел?..

– Кто?

– Паук…

Вчера, убираясь в квартире, я показал ей сеточку паутины здесь, в проеме между шкафом и стенкой.

На свою голову.

Перед сном сидит на кровати.

– Зачем ты сняла носки? У тебя же ноги мерзнут ночью.

– Ты мне не будешь мазать?

– Мама, мы мажем по утрам. Ну, вот, ты будешь снимать… я – надевать… Так, глядишь, и время проведем.

***

– Ро-о-одя, нельзя столько в туалете сидеть! Это не у вас в городе, смыл и все. Можно отравиться! Ро-о-одя, Юля пришла! – все это на весь двор… Спасибо, тетя Леля…

Чтоб было незаметней с крыльца, еле-еле приоткрываю и закрываю за собой дверь заведения, этой будки, предательски торчащей в дальнем углу куриного двора.

Стараясь не спугнуть роящихся в земле кур, пробираюсь к заборчику меж куриным и большим двором. Миновав большой, я смогу появиться из-за дома с другой стороны. Главное – быстро и тихо… Спрыгивая с заборчика, спотыкаюсь, падаю на руки и поднимаю голову: за кустом малины, поджидая меня именно в этом месте, стоит гостья. Молча поторжествовав какое-то время, ржет в ладошку.

После обеда (сладенькая жареная таранка и вареные, с оранжевым желтком, яйца), на время стариковского тихого часа мы оставлены без присмотра. Появляется (нетрудно угадать, у кого) идея: обследовать содержимое чердака. Поскольку большой чердак лишен главного – лестницы, наша цель – чердак летней кухни. Это как раз возле малины, места нашей утренней встречи. Лестницу отсюда никогда не убирают.