Пятая луна. Рассказы

– Ну я же вижу, – бросаю я картофелину вслед за старушкой.

Бабушка Маша вдруг улыбнулась.

– Экий ты настырный, Иван, – сложила она руки на коленях. – Ладно, скажу. Всё равно не отстанешь. Только сначала воды мне принеси, пить хочу… Ведро вон в сенях.

Я поднялся и пошёл за водой.

– Так, ведро же пустое, – кричу, – нет воды.

– Так, принеси, раз нет, – отвечает старушка.

Я сходил на колонку за водой, набрал старушке ковш воды и уселся на своё место.

– Домовой у меня пропал, – ошарашила она меня.

– Кто пропал? – закашлялся я.

– Домовой, говорю, – стала вновь грустной старушка, – с неделю уже как не появляется. Может, заболел и лежит где. Может, помощь ему нужна, а я найти его не могу. Всё обыскала. А может, обидела я его чем, и он ушёл. В общем, пропал домовой…

– Бабушка Маша, – сделал я кислое лицо, – я ведь не маленький мальчик сказки мне рассказывать. Я серьёзно вас спрашивал, а вы мне про домового…

– Может, поможешь мне его найти? – перебила она меня. – Может, на чердаке он? Мне ведь туда не залезть, старая уже по чердакам лазить.

– Да ну вас, бабушка Маша, – поднимаюсь я, случайно опрокинув ковш, – не хотите говорить, не надо… Пойду я.

– Ты воды-то набери в ковшик да принеси, раз опрокинул, – говорит старушка.

– Хорошо, – беру я ковшик и иду в сени.

Ведро было пустое. Ведро, которое я только что наполнил на колонке, было пустым. У меня даже голова закружилась.

– Бабушка Маша, – возвращаюсь я к старушке с пустым ковшиком, – нет воды.

– Как это нет воды? – замерла старушка. – Ты же только что принёс полное.

– А теперь оно пустое, – чешу я затылок.

– Никак вернулся, – загорелись глаза старушки.

– Кто вернулся? – не могу я понять.

– Домовой мой вернулся, – с трудом поднимается старушка, – он любит у меня так похулиганить… То спрячет воду, то назад вернёт. Значит, вернулся. Вот радость-то… Давай помоги мне на крыльцо зайти. Что-то ноги от радости совсем не идут…

Я помог старушке войти в дом и чуть сознание не потерял от увиденного.

– Ты иди, Ваня, – выталкивает она меня из избы.

– Так это что, правда, что ли? – закружилась у меня голова.

– Ты иди, Ваня, иди, – появился румянец на щеках старушки. – Вот радость-то… Домовой вернулся.

История про клад, что в пруду спрятан, да про жену ворчливую

Николай всегда приходил к местному заброшенному пруду, когда у него было плохое настроение. Тихо здесь, и деревенские сюда не ходят.