Колея

Колея

Александр Геннадьевич Дунин

Пейзаж писался с натуры. Это поле Сергей Иванович каждый день видел из окна своего старого бревенчатого дома, стоящего на краю города. Только дерева на поле не было. И изгиба на дороге тоже не было. Их художник добавил от себя.

Александр Дунин

Колея

– Смотри, летит! Загадывай скорее. Загадывай! – парень обнял девушку за плечи. Они сидели на лавочке у деревенского пруда. Ночь пахла камышом. – Ещё одна! И ещё! Ты загадала желание?

– Не-ет.

– А я загадал,– не отрывая глаз от неба он сжал её руку, поднёс к губам, поцеловал кончики пальцев.– Удивительное чудо, эти звёзды. Стремительные, прекрасные,– он волновался, повернул к ней лицо. – Ты моя звёздочка…

– Это не звезды, – оборвала его.– Это метеоры.

Она встала. Высвободила руку, взъерошила ему волосы на голове.

– Ты хороший… только смешной, – девушка вздохнула, грустно улыбнулась, покачала головой. Сделала несколько шагов к тропинке, обратила лицо к небу, потом снова к парню.

– Что загадал-то, скажешь?

– Сбудется – скажу, – он тоже встал, настроение вдруг испортилось, а звезды перестали быть удивительными.

– Ну и ладно, – она иронично подняла брови, повернулась и пошла к дому.

– Ну и ладно, – почти крикнул он ей в спину, снова сел на лавочку и уронил голову на руки.

***

В середине июля Сергей Иванович уволился с завода, сделавшись, наконец, стопроцентным пенсионером, а появившееся свободное время заполнил тем, что ему нравилось больше всего – живописью.

Дети подарили отцу на день рождения (а исполнилось ни много ни мало – семьдесят два года) краски, кисти, холсты разных размеров. Раньше руки не доходили. Желание было, а сил и времени не доставало. Теперь же Сергей Иванович исполнился решимости реализовать свои художественные амбиции.

За месяц новой, пенсионной, жизни на мольберте появились очертания будущей картины: залитое солнцем васильково-ромашковое поле расстилалось до чернеющего тучами горизонта; поле наискось слева направо пересекала грунтовая дорога – она начиналась внизу холста двумя широкими лентами колеи, которые с отдалением сужались и сливались воедино.