Из варяг в греки

Только неведомые ласковые бесы направляют одно в другое, и там уж колышется ствол, как древо мировое на ветру сахарном – туда-сюда, пока не выльется нутро, и пустая кожа опадёт на землю. К утру Мать Сыра Земля её напитает соком своим, и вновь человек оживёт, пойдёт с больной головой меж спящих тел искать опохмел.

– Туда! – старик жрец указал на сложенные колодцем брёвна.

Над колодой высилась кровавая жердь с тушкой козлёнка. Если не будет указа от духов, племя обойдётся и этой жертвой. Но старший жрец может увидеть что-то в своём путешествии на спине грибного беса, и приказать убить какого-нибудь парня помоложе да покрепче.

Чтобы умилостивить Семик и русалок.

– Вот раньше, бывало, резали отроков без числа на каждый Семик, – заметил по этому поводу седой старейшина, – а теперь мельчает племя.

И все печально кивали. Были времена крепкие… Хотя никто точно не мог припомнить – когда это так резали?

Отряд Свенельда шёл по сколькому от тысяч лапотных следов берегу, и пришлось спешиться, чтобы кони не скользили.

Одна Хельга ехала верхом – важный груз. Под уздцы её коня вёл Асмунд. Молодые гридни поглядывали на разубранных древлянок. Юноши уже два месяца были в пути и не ведали ласк. Сегодняшняя ночь их сулила – лишь бы старшак Свенельд не заупрямился. Да нет ведь, скажет, сторожить до утра!

Хельга ощутила, как кто-то дёрнул её за полу рубахи. Обернулась и посмотрела с коня вниз. Пена черёмухи, а за ней – глаза, точно речной камень, и улыбка, в миг спрятанная, как слабое место в бою.

– Я давно за тобой смотрю, – был голос за цветами, – видать тебя хорошо. И лента на плече белая. Невестишься?

Хельга приняла пышный венок. Юноша снова улыбнулся, а она – в ответ. Лёгкое сходство с её старшим братом, немного женственные глаза от длинных ресниц, но мужественный крылатый нос и широкий подбородок со шрамом. Хельга уже напрягла спину, потянула ногу, чтобы перекинуть через седло и исчезнуть в толпе с этим юношей.

Но Асмунд объявился по эту сторону коня.

– А ну, шелудя! – он замахнулся на юнца. Бешеные глаза вращались от венка до серых глаз древлянина, точно прикидывая – выбить сначала глаз или вырвать венок?

Но юноша даже не моргнул.

– Это будет последнее, что ты сделаешь, – сказал он Асмунду.

Тогда варяг заметил, как от частокола через толпу к ним бегут вои. Копья в их руках повёрнуты к бою.

Юнец-то не прост, – смекнул Асмунд. И вместо удара, шлёпнул коня по крупу, и тот понёс Хельгу быстрее.