Рассказы

– Вот так задача, даже целых две, – протянул Гриша, почесав затылок, – с планетой понятно, а цивилизация зачем? Даже если кроме нас кто-нибудь в космосе и есть, а есть точно, многие уже это доказали, но зачем нам нужно их искать, если они не хотят объявить о себе всему миру, а только единицам?

– Хватит, я думаю, уже скрываться и жить в неведении. Мы должны объединить силы, узнать друг о друге все, что можно, меняться сведениями о новых технологиях, летать к другим звездам с супер скоростью и так далее.

– Да, это ты говоришь верно, давно так надо.

– Думаешь, не справимся? – напрямую спросил Егор, усаживаясь в кресло и взяв в руки ручку, дожидаясь ответа.

– Мы всегда выкладываемся на сто процентов и стараемся достигнуть лучшего, желаемого результата, – незамедлительно ответил Миров, посмотрев на тетрадь, которая лежала рядом с локтем капитана.

– Другого я и не желал услышать, – довольно улыбнулся Егор, посмотрев на друга, догадываясь о его намерениях, читая это в его глазах.

– Тебе интересно? – снова спросил он.

– А что это, если не личное и не секрет? – вопросом на вопрос ответил Григорий, – не подумайте, что из любопытства, просто может смогу, чем помочь, если есть какие-нибудь проблемы?

Командир молча открыл тетрадь, развернув в сторону коллеги.

– Можно пробежать глазами, – разрешил он.

– Это дневник? – попадая в цель, спросил Миров.

– Именно так.

– Не знал, что вы ведете дневник, – удивился Гриша, чуть усмехнувшись.

– Ты не подумай, что я как эти женщины, когда им делать нечего ведут дневники годами, записывая туда все любовные похождения, происшествия, связанные с погодой, покупками и всякими там критическими днями, которые у них протекают по-разному или куда-то протекают.

– А что же тогда туда записывать? – не понимая, спросил Гриша.

– Посмотри, почитай, – снова предложил Егор.

Григорий не сильно облокотился на стол, всматриваясь в тетрадь, что называется в поисках знакомых букв. Крупными буквами фломастером было написано на тетради: 3 мая 2025 года. Далее шли несколько строчек кривого и неразборчивого подчерка, словно курица написала. Миров перевернул лист и увидел дату – 4 мая. Опять строчек восемь-десять неразборчивого подчерка.

Он пролистал еще три страницы, остановившись на последней записи. Это была нынешняя дата – 6 мая.