Теория невероятности

2

Хью вел машину и наслаждался звучащими по радио хитами времен Фолк-Возрождения. Асфальтовая лента петляла между багряно-желтых, уже начинавших терять листву деревьев и серебрящихся на солнце озер, просвечивающих меж стволов кленов, вязов и изредка встречавшихся елей. В воздухе носились паутинки, и ласковое солнце бабьего лета ласкало лицо и руки сквозь лобовое стекло. На душе Хью царила та щемяще-сладкая тоска, которую пробуждают в нас сочные краски зараженного осенью мира.

Хью держал курс в Клайберт – небольшой городок в паре десятков миль выше по течению от Малых порогов, где неизменно рождались все Олджеры, о которых ему удалось собрать информацию, включая и его деда, Кирка Олджера.

Будущий миллионер покинул Клайберт в 19… году, и отец Хью, Оливер Олджер, появился на свет уже не в маленьком селении на берегу реки, а среди каменных джунглей мегаполиса на другом краю страны. Там же потом родился и Хью. Тем не менее, и его отец, и его дед по неясным пока причинам на склоне лет проделали неблизкий путь сюда, на свою историческую родину.

Он ехал не спеша, наслаждаясь пейзажем, когда дорога внезапно вынырнула из обступающих ее деревьев, открыв вид на приютившийся на самом берегу реки небольшой городок. Это и был Клайберт.

Этот провинциальный городишко были как две капли воды похож на другие такие же маленькие города, которые Хью проехал по пути сюда: аккуратные маленькие домики с цветущими палисадниками, беленые стены церкви на главной городской площади и постепенно приходящее в запустение, почти сельское по виду и убранству кладбище на окраине.

Городское кладбище Клайберта находилось в небольшой рощице с правой стороны дороги на въезде в город. Желая размять затекшее после долгой езды тело, Хью остановил машину на обочине, выключил мотор и отправился прямо туда, где среди высоких луговых трав высились кресты и надгробия.

Побродив минут пятнадцать между покосившимися надгробиями, на многих из которых беспощадное время уже практически стерло надписи, Хью остановился перед высоким каменным крестом, верхушка которого выглядывала из доходившей до пояса травы.