Тайная жизнь шопоголика

Тогда она прикупила красивых чашек и тарелок, керамических горшков для цветов и ярких подушек для нового дивана.

Её благоверный был высок ростом, по-старообрядчески бородат и рыж, а также прост в одежде. Ему вполне хватало пары брюк, нескольких пуловеров и футболок, которые свободно размещались на верхней полке, до которой не дотягивалась Машенька.

Их церемония бракосочетания прошла скромно и буднично. На ней не было ни гостей, ни свидетелей, ни даже родителей обоих молодожёнов, но платье Машеньки цвета экрю в своей элегантности и простоте могло посоперничать со свадебными нарядами Мии Фэрроу или Одри Хэпбёрн второй половины шестидесятых годов.

Машенькин муж большую часть времени проводил за монитором. Днём он ходил на работу в небольшую конторку, а вечерами тихонечко сидел в уголке за компьютером и никому не мешал, но несмотря на всю его вовлечённость в суровую действительность, созданную машинным языком, он был достаточно наблюдателен. Его глаза, привыкшие постоянно отыскивать ошибки в коде, легко подмечали малейшие изменения в облике жены, будь то новая причёска, туфли или сумочка, но насколько супруг был зорок, настолько же и забывчив.

Плутовка пользовалась этим, когда доставала из шкафа давно припрятанную обновку и сообщала ему, что она давно там лежит. Это была чистейшая правда. Машенькин муж пусть и не помнил, что уже видел это платье или блузку, но легко убеждал себя в этом. Он всегда верил Машеньке, которая смотрела на него своими честными серыми глазами.

Отходив очередной осеннее-зимний период в монохроме, весной Машенька обзавелась чудесной многослойной блузкой из голубого крепдешина, которая отлично сочеталась с юбкой-карандаш, изумительно совпадающей по цвету с мамиными изумрудами. И когда одним летним утром она появилась на пороге библиотеки во всём этом великолепии и лодочках цвета nude, её подозрительно осмотрели с головы до пят и спросили:

? Марья Юрьевна, ты почему сегодня такая красивая?

? Не знаю, так получилось, ? пожала плечами Машенька, сетуя в глубине души, что привлекла к своей персоне столько внимания.

Именно непродолжительное северное лето было тем временем года, когда Машенька могла пофорсить, так что даже зимой она покупала мюли, начисто игнорируя тот факт, что её тёплые ботинки дышат на ладан и вот-вот останутся без подошвы. Казалось, что на каждый летний день у неё был свой тщательно продуманный наряд.