Иллюзия защиты. Процессуальный роман

Под монотонный голос председательствующего, который вел процесс.

Затем председательствующий передал слово гособвинителю, и я вновь почувствовала, как мои босые ноги касаются теплого песка пляжа. Этот голос, такой бархатный, такой тягучий… Чуть-чуть насмешливый. Слушать было просто невыносимо. Усилием воли я повернула голову в сторону Фоменкова и прошептала:

– Итак, свидетелей? На оглашение их показаний не согласны.

– Давай.

Этот короткий диалог привел меня в чувство, я вернулась к сути процесса, «включая адвоката».

– Уважаемый суд, мы возражаем против оглашения показаний свидетелей. Настаиваем на повторном вызове в процесс. Кроме того, у стороны защиты есть ходатайство о допросе дополнительных свидетелей, вот список лиц, – ответила я и, протягивая листок судье, удивилась, что руки не дрожат.

Фоменков, нервно крутивший в пальцах ручку, ободряюще мне улыбнулся.

– Сторона обвинения, есть возражения на заявленное стороной защиты ходатайство? – уточнил судья.

– Нет, – ответил Владимир, насмешливо взглянув на меня.

– Ходатайство защиты судом удовлетворяется. Свидетели будут вызваны. Судебное заседание откладывается. Наталья, – обратился Романов к секретарю, – уточни для сторон дату заседания и выпиши повестки.

Я собрала бумаги и пошла за Натальей в шестой кабинет на первый этаж. Фоменков задержался в кабинете судьи.

– Слушай, – прошептала Наташа, взяв меня под руку, – хочу тебе кое-что сказать…

Но, увидев спускающегося за нами прокурора Лудина, она осеклась и отпустила мою руку.

– Ладно, потом…

Владимир спускался следом, широкими шагами преодолевая ступени. Я почувствовала его дыхание, и сердце предательски затрепыхалось в груди.

– Владимир Петрович, – прощебетала Наталья, – Вас помощник судьи Потапенко искал…

– Спасибо, Наташ, – сказал он и свернул за угол.

– Симпатичный мужик, да? – загадочно улыбнулась Наталья. – У нас многие по нему с ума сходят. Но… прочно женат, дочь только-только школу закончила. А жена его Ольга Владимировна – следователь в следственном комитете.

Я усилием воли успокоила ходившее ходуном сердце и спросила:

– А в делах как?

– Он безжалостный, принципиальный. Как будто кайф от всего этого ловит.

– Ясно, давай повестку и я поехала. До ночи надо успеть домой вернуться. Бабушка очень переживает за внука.

4. Лешка Фоменков, управляя своим «Митсубиси» на бешенной скорости, похоже чувствовал себя не менее уверенно, чем в судебном заседании.