Городской роман или Школа Карабаса

А когда девочка протянула ему свой рисунок – где наверху был изображен полукруг, под которым находились три вытянутых крючка – хозяин только вскользь бросил взгляд в его сторону и, усмехаясь, спросил:

– Сколько сосков у коровы?

Но откуда городская девчонка, которая никогда не видела живой коровы, могла это знать? И Надя растерянно пролепетала:

– Не помню…

– Четыре, – ответил за нее мужчина.

– Я сейчас дорисую, – с готовностью предложила Надежда и тут же дорисовала четвертый крючок.

– Хорошо, – похвалил ее рвение хозяин. – А теперь скажи-ка: откуда теленок пьет молоко у коровы?

– Я думаю: из сосков, – ответила девочка, не вполне понимая, зачем хозяину понадобился этот странный разговор. А тот довольно отметил:

– Верно. Вот тебе сосок. Представь, что ты – теленок. Попей-ка молочка!

Девочка взяла детскую бутылочку и невольно рассмеялась, представив, как забавно она сейчас будет выглядеть со стороны. Ее веселость явно понравилась хозяину, который, широко улыбаясь, решил лишь подогнать воспитанницу словами:

– Ну, что ты остановилась? Покажи-ка мне, как сосут молоко из вымени.

Успокоив смех, чтобы не поперхнуться, Надя, наконец, смогла сделать несколько глотков.

– Хорошо. Теперь дай мне бутылочку, и пройдем-ка в учебную комнату, где продолжим с тобой урок.

Галантно пропуская вперед девочку в кабинет с шестом, где по вечерам обслуживались посетители, хозяин сказал:

– Итак, я хочу тебе отметить, что не только корова имеет молоко.

– Молоко имеют все млекопитающие, – рискнула добавить девочка.

– Правильно. Человек он тоже… – хозяин нарочно не закончил фразу.

– Млекопитающее, – продолжила Надежда.

– Женщины имеют молоко после рождения ребенка. Ты слышала об этом?

– Да.

– А мужчины имеют свое молоко всегда, когда они полны сил.

Услышав такое, Надя порядком удивилась.

– У мужчин не бывает молока, – попробовала она возразить.

– Нет, бывает, – твердо заявил хозяин. – И сейчас настала пора, когда ты должна познакомиться с мужским молоком! А для этого возьми-ка вон ту подушку и положи ее передо мной.

Надя взяла декоративную, туго набитую подушку с кресла, стоящего в углу комнаты, и положила ее на пол перед мужчиной, который потребовал:

– Встань-ка на нее коленями! – И девочка послушно опустилась на колени, придавив подушку к полу.