Шаманский бубен луны

Спортсмены увозили с собой не только множество свертков, коробочек – сувениров Олимпиады, а главное – незабываемые впечатления о Москве, о гостеприимстве советских людей, о дружбе с молодежью пяти континентов. Главные события разыгрались под металлической крышей спорткомплекса «Олимпийский». Все эти дни утреннее солнце сияло золотым блеском медалей для многих команд мира…» – тут звук убрали и успехи олимпиады пропали.

– Вер, долго еще?

– Обещалась скоро быть.

– Может, пришла уже?

– Как окна зажгутся, так и пойдем.

Ася подняла голову. В некоторых окнах свет уже горел. Хотя еще рано. Мать в это время экономила. Свет шел по счетчику, а газ бесплатно, – для освещения жгли конфорку, таким же макаром экономили спички.

Собака навострила уши. Чего это она? Было совершенно ясно, что смотрела она на горку, на ее площадку с перилами. Никак белка? Белка побежала вниз по краю косоуры, и выход ей был прямо на собаку. Спустилась – нос к носу. Остановилась, ошалела. Тут Ася не выдержала, засмеялась.

Как бы не замечая двух девиц, на песочницу пришвартовались двое: мужчина со свисающим животом из-под майки, женщина в халате и тапочках. Пили, шушукались, чокались, – хорошо пошла! дай поцелую… – т-с-с… – да ладно ты! – девки услышат…– пошли они!

Первой не выдержала Ася, поднялась.

– Надоело.

– Свет! – заорала Вера.

На звонок вышла черноглазая женщина, с тремя длинными косами, одна сзади, две через плечи на грудь. Одета в широкий балахон до пят, цветные вязанные носки. В руке держала трубку с длинным мундштуком, и эту трубку курила. Выглядела она, как шаманка из тундры. На гостей смотрела с любопытством, открыто, без всякого стеснения.

Она открыла дверь шире, дождалась, когда девчонки войдут в узкую прихожую. Трельяж завален газетами, журналами, края зеркал веером утыканы открытками, фотографиями артистов: Тихонов, Боярский, Збруев – Ася фамилии остальных не знала, хотя всех видела в кино.

Квартира никак не соответствовала образу черноглазой. По мнению Аси, здесь вместо бытовых вещей, должны присутствовать обереги, рога оленей, головы медведей, а посреди комнаты вовсе должен пылать священный огонь. Может и пылает, когда нет свидетелей.