Чужие жизни

Чужие жизни

Елена Никко

"Чужие жизни" – два рассказа о музыке и выборе своего жизненного пути.Эрика – старшеклассница, стоящая на пороге сложного выбора профессии и ради этого отрекающаяся от любимого дела. Но можно ли вырвать и выбросить из жизни часть самого себя?Виктор – учитель математики, чья судьба сложилась не так, как ему хотелось бы. Как мы влияем на чужие судьбы?

Елена Никко

Чужие жизни

Часть первая. Эрика.

В окно бил раздражающий в своей монотонности мелкий дождь, больше подходящий для начала ноября, чем для конца февраля, а в классной комнате шел оживленный спор по поводу приближающегося выпускного у старших классов.

– Эрика, не веди себя как ребенок, – возмущалась строгая дама, поправляя на переносице очки, – ты должна выступить на концерте.

– Да, – поддержала ее одноклассница девушки, названной Эрикой, – ты ведь хорошо поешь. Чего тебе стоит?

Чего тебе стоит? О, Эрика могла бы многое ответить на этот, казалось бы, незамысловатый вопрос.

В первую очередь, что она обещала себе больше не связываться с музыкой и что она не собирается нарушать данного себе обещания, но вслух выдала лишь несколько заранее подготовленных отговорок:

– Но, Светлана Васильевна, вы же сами понимаете, у меня экзамены на носу… И потом, в школе много других, кто может спеть… Вот хоть Маша из 7Б…

– Бог с тобой, – раздраженно отозвалась классная руководительница, – поступай, как знаешь.

На этом неприятный разговор закончился. И хотя вслух тема более не поднималась, некоторые учителя все равно могли время от времени смерить девушку укоряющим взглядом, будто предлагая подумать еще раз.

Ученица одиннадцатого класса, Эрика, упорно делала вид, что не замечает, с двойным усердием зарываясь в учебники по математике и физике.

– Я собираюсь поступить на инженера, – вдохновленно отвечала она расспросы подруг, стараясь не вспоминать про лежащий в самом дальнем углу шкафа диплом музыкальной школы, давно уже покрывшийся тонким слоем пыли.

«Мы все инженеры, – любила говорить Эрике мама, – а ты не понимаешь элементарных формул… Какое наказание!» И Эрика соглашалась. «Я хочу быть как все!» – с бессильной злобой думала она, сжимая ладони в кулак, и клятвенно заверяла себя саму, что музыка была для нее лишь глупым детским хобби и что она никогда больше не притронется к клавишам некогда обожаемого пианино. Как же так вышло? Музыка всегда была частью жизни Эрики, сколько она себя помнила.