Молочные зубы, синие купола и кризис среднего возраста

Скажи мне, какие сайты ты посещаешь, и я скажу, кем бы ты мог быть в реальности, если бы не Интернет. Артур приходит вечером или ночью. Он не разрешает Лее есть сахар, поэтому ужин у них полезный. Гречка, например. В 10 вечера Лея экстренно делать домашку. Ещё немного сидит в Интернетике после полуночи и ложится.

Я знаю о Лее совсем не много, если хорошенько подумать. Когда-нибудь она тоже разговорится и начнёт рассказывать о своём детстве.

Так как в истории ещё будет очень много меня – и гораздо больше, чем мне бы хотелось, то вот, пожалуйста.

Мой режим.

Времени на то, чтобы быть собой, у меня с 5 до 7 утра.

В 5.10 я варю себе бесподобный кофе: страх и ужас кардиолога: 4 ложки кофе на стакан молока, варить в турке аскетично без специй и сахара, выключить до закипания и добавить ещё много холодного молока. Пить благоговейно и с благодарностью за всё, знать, что чудо непременно случится – даже если предпосылки для его прихода отсутствуют напрочь.

Подумать: ну сколько ты ещё выдержишь в таком режиме, старая перечница, включить старый ноут, радостно слушать ворчание вентилятора, который почистить бы, конечно, но это в другой раз, в другой раз; уверять себя, что этот шум и есть воспетый в легендах прогрессивных родителей белый шум, страхующий нас от просыпания Богдана до его законных 7.

30 (в реальности же, конечно, никого ни от чего не страхующий, даже заслуженный опытный ноут – от перегревания, ну да и ладно). И писать. Вот мой тайный проверенный рецепт нормального дня. И самое событийно насыщенное время суток.

В 7 утра я отрекаюсь от радостей эгоистичной жизни писателя и перехожу в режим беспросветного счастья, внешне больше напоминающего для непосвящённого стирку, уборку и фанатичное стояние возле плиты, схематично намечающей в нашей семье домашний очаг. Как и все, я провожаю, встречаю, отвожу, забегаю и заскакиваю по дороге, приношу и захватываю – и вот уже третий раз получаю мать его обязательное среднее образование (первый раз – моё собственное, дальше – Агатино, и теперь вот – Алькино), в перерывах между проектами по окружающему миру я зло догадываюсь, что весь этот бред как раз и создан, чтобы к возрасту сорока лет, когда мозг наконец дозревает до способности непредвзято воспринимать любую информация и хорошенько фильтровать бред от лапши, ни у кого уже не возникло крамольного желания учиться и что-то там постигать.

Впрочем, не мне об этом судить. У меня-то нет высшего образования. Я очень хочу, чтобы хотя бы у моих детей оно было.