За гранью видимости

Тот прорезал тьму и раскрывался мягким кругом, образуя островок света. Его тянуло на этот свет, как мотылька, и даже жалко стало Аини, который не видел таких простых вещей.

– А что у тебя перед глазами? Всё чёрное?

– Я не могу тебе ответить на этот вопрос.

– Почему?

– Потому что я не знаю, что такое «чёрное». Я не понимаю цветов. Знаю, что трава – зелёная, небо – голубое, но как это – даже не представляю, так как никогда не видел.

У Алона как-то неожиданно защемило в душе. Как в детстве, когда он резко расстраивался, и ему хотелось плакать.

Чувства стали такими траурно-чёрными, будто он сам потерял возможность различать цветовой спектр. Это неожиданно. Но Аини был совсем не тронут тем, что он был лишён возможности лицезреть красоту жизни. Стоит себе спокойно, отвечает обыденно, будто уже тысячу раз ему задавали этот вопрос. Хотя, может и задавали…

– А ты с рождения слепой?

– Да. Говорят, родовая травма.

– И тяжело тебе было расти?

– Нет, меня семья поддерживала, друзья, спорт очень помогал.

– Какой спорт?

– Разный… Самый любимый, пожалуй, дзюдо.

– Ну ты и сорвиголова!

Алон чувствовал, что ему нужно переварить информацию. В голове кружили образы Аини в чёрной маске ниндзя, бегающего по городу и раскидывающего преступников боевыми приёмами. Ему было смешно от собственных фантазий, но они оказались интереснее всего, о ч?м он думал за последние пару месяцев.

Сквозь поток сознания донеслось: «Это тридцать второй?».

Желто-красные всплески вывели его из череды мыслей. «Ч?рт, даже не заметил, как подъехал автобус».

Они сели в довольно заполненный салон, но, всё же, по сравнению с утром, сейчас Алон мог спокойно дышать. Аини быстро уступили место в проходе, а через пару остановок Алон и сам сел у окна напротив. Оранжевые, красные и жёлтые огни прорывали темноту вечерних улиц. Алон отметил, что яркие краски гораздо сочнее на фоне чёрного. Проехав свои пять остановок, коллеги вышли.

– С тобой прогуляться?

– Если обещаешь не дёргать меня каждые две минуты за руку, говорить, куда идти или толкать, я согласен.

– Да разве я так делал?

– На переходе утром. Может я путаю, но запах от руки, когда меня тянули, был похож.

– Ты всех запоминаешь?

– Приходится на многое обращать внимание, чтобы ориентироваться. Подглядеть не получится, – со смешком добавил Аини.

– Обещаю не дёргать тебя больше.