Не вернулся

Глава станицы произнёс очень душевную, поддерживающую речь про покойного, за что вдова и свекровь были ему очень благодарны.

– Ты вот что скажи, моя хорошая, – грозно поинтересовалась, перегнувшись внушительной грудью через покрытый белой скатертью стол, Александра, жена Веркиного брата. – Чем будешь теперь заниматься, чтобы отжить горе?

Остальные восемь человек, что расположились с ними за одним столом, внимательно уставились на Верину скромную персону. Невестка обожала поучать золовку с высоты своих прожитых пятидесяти лет, и ей всегда было как-то ровно, что той вроде бы не семнадцать годиков, а тридцать шесть.

– Над книгой продолжу работать, – смущённо ответила Ягодкина, почувствовав себя маленькой. – Плюс блоги регулярно веду, много пишу…

– Ну это понятно! – громко отмахнулась Александра, не дав той закончить. – А кроме этой ерунды, что ещё будешь делать серьёзное? Тебе, милочка, предстоят трудные деньки! О сыне, мать, подумай, а не о книжках всяких непонятных!

Захотелось провалиться под землю – настолько потерянной вдова себя ощутила при всём том честном народе, на глазах которого за поминальной трапезой невестка отчитывала её как какую-то последнюю кулёму.

Ягодкина не нашлась, что ответить, и робко вжалась в стул.

– Говорят, вроде выплаты за погибших от государства должны быть, – заговорила, растягивая слова, двоюродная сестра, чем прикрыла скорбевшую от навязчивого диалога. – Около десяти миллионов, по-моему… И долги солдат закрывают!

– Ох ты ж!.

. Тоже об этом слышала!!! – знатно оживилась жена брата, забыв поучать. – Богатой, Верка, станешь!!! Зазнаешься! За людей считать других не будешь!

Ягодкина, буркнув в ответ что-то несуразное, окончательно стушевалась. Пустая её голова была не способна предложить ничего адекватного, чтобы хоть как-то закрыть темы, развёрнутые не там где надо и совершенно не к месту.

***

Прошли девять поминальных дней. Вера с Милой развезли кулёчки с конфетами по родне и знакомым.

Заезжали на кладбище к захоронению, поправляли венки, угощали ластившихся бродячих собак – Костя всегда ладил с животными, и, казалось, они тянулись к нему даже сейчас, после смерти, облюбовав его могилку.

Прапорщик Николай привёз скромные остатки вещей усопшего друга. Там, на чужбине, солдаты разобрали всё ценное, чему вдова лично была рада – Косте пожитки уже были не нужны, а живым на поле боя всё пригодится.