Дочь Тьмы

Воительница обещала подумать над предложением, в надежде поменять товар. В общем переговоры продлились три часа. Все это время наследница людского рода пыталась молчать. Хельге удалось уговорить некромантов пропустить к верфи раненых, чтобы те отбыли домой, ее дипломатический талант был куда полезнее жалких попыток Ризы не разозлить эльфа. По окончанию гостям отвели три комнаты, так как за окном смеркалось. Скелет отвел принцессу к ее покоям и посоветовал не выходить в коридор, но не успела она прикрыть дверь, как Ваниэль ворвался и прижал провинившуюся к стене.

 – Кто тебе позволил сюда соваться? Я сегодня же отправлю письмо твоему отцу, пусть поставит на место, или разведется с моей кузиной. – И пожалуйста, один раз уже было, только Юриана вы не тронете – он как и я человек, по закону останется с правителем. Лезвие кинжала просвистело над головой, полоснуло по плечу. Не дожидаясь второго удара девушка ухватила эльфа за ухо и оттолкнула в сторону, тот кажется, задумался о последствиях, спрятал оружие, сделал глубокий вдох.  – Без тебя разберемся, хвала великой Лани, королевой такой негодяйке не стать. Ушел. С тяжелым вздохом рыцарь закрыла дверь, упала на кровать. Гостевые комнаты выглядели уютнее остального замка, и все же ей казалось, что это место прихлопнет всех живых до рассвета. – Черти бы побрали к теням забрали все это… – Сказала девушка, закрывая лицо руками. – И дипломатию, и мачеху, обязанности у меня на все нервов не хватит. Как же короли справляются, как будешь ты, братишка, держать репутацию перед всеми? Наш род не благословлен Люксилиной, мы прокляты, прокляты! Пытаясь успокоиться Риза уставилась в потолок, но бездонная тьма мрамора еще больше напрягала. Слова утихли, превратились в мысли, завертелись в голове. Они подталкивали к краю очень медленно и уверенно в то же время. Однажды весною маленькая принцесса подбежала к своему отцу – хотела поиграть. Он сидел на троне, рядом стоял флакон капель от головной боли и бокал. Поглядев на нее правитель швырнул кубок в сторону, взял девочку на руки, туман в его глазах отступил… На время. Теперь намерения были более чем ясны. Георг устал, дочь была отрадой, помогала забыться, а сейчас сводный брат спасал ее из омута бед и несчастий. В этом нет ничего плохого, однако бегать к нему каждый раз, как душа заболит неправильно. Вместо того, чтобы тешиться чужим счастьем, надо держаться за свое, если бы только… Стук в дверь. Тело стало свинцовым за несколько минут, вставать не хотелось.