Дочь Тьмы

Затем завернул куклу в сырую плоть (не хотелось думать, с кого ассасин снимал скальп, кожа явно была не животного происхождения), спрятал обратно в сумку. – Надо же, а что это за язык, откуда такие ингредиенты, как быстро сработает, а можно как-то нейтрализовать? – О, Тьма всемогущая, не приставай ко мне с расспросами! Заклинания темной магии всегда читаются на эльфийском, они не переводятся, этому учат в чертогах ночи, я тебе в учителя не нанимался. И снова исчез, паршивец – как он умудрялся так быстро находить лазейки? Ризе пришлось вернуться в спальню, перебороть любопытство и уснуть.

Разбудили ее утром и вместе с остальными выстроили в ряд около того места, куда уводили кровавые следы. Азеркина стояла напротив них, ее глаза покраснели от плача, Георг придерживал жену, умолял не волноваться. Дочь короля подошла к ним, только сейчас она поняла, что не переоделась, на ее наряде осталась кровь, руки за спиной тряслись от волнения, отец подошел, посмотрел в глаза. Тогда там не было ни любви, ни поддержки – только злость и желание покарать виновника.  – Где ты была сегодня ночью? – Перед сном прогулялась на палубе, там был сильный шторм, я почти сразу вернулась. – Рука медленно тянулась к поясу, где рыцари носили небольшие ножички – ими и мясо можно было разделать, и перерезать веревку и защититься от зверя. – Это ты сделала, дрянная девчонка, хочешь, чтобы мой ребенок умер, чудовище! – Азеркина! Я не позволю тебе оскорблять Ризу… Пока ее вина не доказана, справедливость не терпит спешки. Если ты действительно спала, почему твоя одежда в крови?! – Это кошмары, они вернулись. Во сне я увидела чудище, хотела порезать его ножом, в итоге порезала себя. Поскорее бы исцелиться… В доказательство девушка показала порезанную руку, кровь все еще бежала, слуга не смог сказать, видел ли он рану на руке госпожи – слишком быстро все случилось. Мачеха продолжала требовать наказания. Обыскать каюту, допросить с пытками, что угодно, лишь бы расправиться с ней. Только вот король не желал этого слушать. Толи он знал правду, и боялся найти подтверждение, толи действительно доверял дочери, а избежать наказания удалось. По прибытию во дворец семью сразила еще одна новость – монах из храма Люксилины тяжело заболел и ни один лекарь не мог ему помочь. Риза видела, как он умирал – кашлял кровью, задыхался, корчился от судорог, молил архангела спасти его. С самых пеленок ей твердили, что нет ничего сильнее слов ангелов, что одно их касание исцелит достойных.