Дочь Тьмы

Риза сделала это, хоть отец и сомневался, верховный священник затаил обиду на принцессу за столь опрометчивый поступок. В какой момент все пошло не по плану? Сердце света висело кулоном у нее на шее, второй кулон пришлось спрятать под одежду. Отряд рыцарей успешно прибыл в деревню, благословение коснулось каждого жителя, начали поступать сообщения об улучшении ситуации. А тогда на их лагерь напали чудища всех мастей. Их было слишком много, большую часть солдат сразу перебили, остальным накинули мешки на голову и повели в неизвестном направлении.

Пленников заточили в темницу человеческого замка, девушка была уверенна в этом, так как на кирпичах оставались старые пометины ее пра-пра-пра бабки, которая занималась постройкой поселений и укреплением границ. На утро одного из них повели на допрос, и так сделали с каждым, никого не приводили, лишь крики раздавались. Пришла очередь воительницы повидаться с палачом, он навсегда запомнился. Кожа покрыта чешуей, глаза неподвижны, на руках три пальца, черные когти. Полуящер, не иначе, а голос человеческий, спокойный как у друга за чашкой эля. Она стояла на коленях, со связанными за спиной руками, он сел рядом на камень, и заговорил, искривляясь в улыбке. – Вам нравиться наш замок? Чувствуйте себя как дома! – А ты не привыкай, дома у чудовищ отродясь не было, что вам понадобилось на наших землях? – Паладия – вот наша обитель, мессия покажет истину жалким народам, которые посмели делить общую землю, он соединит всех в царстве теней! Кто присягнет на верность ему и Порочной Матери с нами станет править миром.  – Ящер вскочил на ноги, глаза пленницы начали привыкать к темноте. Тут было много теней – они сидели под стенами, но не нападали, наблюдали. – Смерть придет за этим дрянным мальчишкой и вырвет его сердце! – Много таких заявлений слышало чудище, только решимости такой ни у кого не было. Нет, не пустая угроза и не крик отчаяния, воительница знала, о чем говорит. Он отошел подальше к какому-то столу позади нее, зашуршали, зазвенели цепи, заскрипели старинные механизмы. Принцесса хотела повернуться, если бы не тени! Их силуэты приближались каждый раз, когда она закрывала глаза, и отползали назад под пристальным взором. – Ты говоришь о ком-то конкретном? – Кто пытался задушить его при рождении, жив, Люксилиной клянусь, я видела, как тот вампир открыл глаза цел и невредим. Он придет и закончит начатое. – Вампир? – Что-то тяжелое рухнуло на пол. – Пророчество велело ему погибнуть в день рождения избранного.